Книга Крошка Энни на краю света, страница 8 – Надежда Черпинская

Те, кто и так имел всё необходимое в Лардлоу и наслаждался жизнью, ехать в пугающую неизвестность, разумеется, не хотели. Даже обещанные королём в дар земельные наделы мало кого соблазняли.

Находились, конечно, желающие. Люди с самого дна. Те, кто ничего не имел, понимал, что на собственную землю и дом им никогда в жизни не заработать, что иначе из нищеты не выбраться. Вот они и уезжали в надежде на лучшую судьбу. И возможно, действительно её там находили. Если, конечно, выживали в беспощадной суровой Аттрике.

Но таковых, отчаянных и смелых, было мало.

Тогда его величество Виллмельгер поступил примерно так, как и сейчас с сиротками и уличными девицами – просто избавился от всего, что ему в Лоу мешало, и так добился своей цели.

Сперва с улиц городов вдруг исчезли бродяги и нищие. Потом поубавилось заключённых в тюрьмах и на каторге.

Разумеется, никто не отправлял в Аттрику самых опасных преступников – жестоких убийц или тех, кто совершил злодеяния против короля: заговорщиков, бунтовщиков, изменников. Король, должно быть, опасался, что последние могут и вдали от Лардлоу начать смуту. А выпускать на волю убийц было крайне опасно.

Но за мелкие проступки – вроде, воровства, драк, мошенничества – узники тюрем легко получили прощение, а вместе с ним и место на корабле, увозящем в один конец.

Так и вышло, что обживаться на новом материке отправился весь сброд Лардлоу: нищие, отчаявшиеся, давно потерявшие совесть, но не лишившиеся авантюрной жилки. По большому счёту их судьбой король распорядился точно так же, как сейчас распорядился судьбой самой Энни – выслал прочь из королевства, не оставляя никакого выбора и не спрашивая о её желании.

И вот эта мысль, что жить отныне предстояло среди преступников и отщепенцев, пугала Энни посильнее, чем грозящее ей длительное путешествие по морю, разные там дикие звери и прочие испытания.

Будь у неё чуть больше времени, возможно, она и в самом деле рискнула бы сбежать. Но сделать это ей просто не дали.

Едва Энни Уайт собрала вещи, как выяснилось, что за ней уже явились.

Да, его величество позаботился даже об этом. За невестами к приюту прислали специальную карету… В которой обычно перевозили заключённых и арестантов.

Узрев это мрачное громоздкое чудовище, Энни окончательно убедилась в том, что ничего хорошего можно больше не ждать.

В их приюте она оказалась единственной совершеннолетней, но по пути в порт карета заезжала в ещё несколько сиротских домов, так что в итоге девиц набралось почти два десятка. А такая карета ведь была не одна…

В итоге через два дня на судне «Король Виллмельгер» оказалось около трёх сотен молодых женщин. Все они плохо представляли, куда и зачем их везут. Кто-то отчаянно рыдал, кто-то храбрился.

Энни же, стараясь отогнать мрачные мысли, вспоминала свои последние минуты в приюте. Проводить её вышли все наставницы и все воспитанницы. Кто-то смотрел холодно и безразлично, но больше было взглядов грустных, сочувствующих, горьких.

За столько лет она привыкла к этим женщинам, они привыкли к ней, и расставание больно отзывалось в сердце.

Но лишь одна из всех, милли Ирен, осмелилась обнять Энни напоследок. Наверное, потому что была самой юной из всех наставниц, и её сердце ещё не успело очерстветь.