Книга Гончар из Заречья, страница 115 – Анна Рогачева

Воспоминания последних дней накатывали сами собой, выплывали из усталости, что копилась в теле, но не тяготила, а была какой-то... сладкой, что ли.

...Гриша появился как снег на голову – за два дня до отъезда. Зоя как раз шла из гончарни, и, на походе к деревне увидела его длиннющий обоз, въезжавший в деревню. Сердце подпрыгнуло и забилось часто-часто: Гриша! С обозом! Да откуда ж он взялся?

— Зоя! – Гриша спрыгнул с телеги, широко улыбаясь, и на его загорелом лице блестели весёлые глаза. – А я думал, ты тут уже совсем заскучала без нас! А мне, понимаешь, путь случился мимо, ну я и свернул – дай, думаю, проведаю, как там моя повариха бывшая поживает.

— Гриша! – Зоя подбежала, и они обнялись по-свойски, по-дружески. – Да ты как раз вовремя! У нас тут ярмарка, товару – воз и маленькая тележка, а везти не на чем!

— Ну так я и есть ваш воз, – засмеялся Гриша. Загружайте, чего уж там.

Зоя тогда чуть не заплакала от радости. Значит, и правда – есть на свете какая-то сила, что помогает в самый нужный час. Ерофееву телегу решили оставить в деревне – больно нужна была мужикам на стройке, брёвна с разобранных домов возить. А на двух своих телегах и двух Гришиных уместили всё, а людей по другим телегам рассадили.

Зоя закрыла глаза, уплывая в воспоминания.

...А перед ярмаркой баню топили. Как же это было хорошо!

Они собрались затемно, когда звёзды ещё не погасли, а над рекой тянулся молочный туман. Зоя вышла из дома с берёзовым веником – их в этом году насушили целый воз, душистых, клейких, с широкими листьями. Анфиса уже ждала у калитки, подбоченившись, а в руках держала кроме веника ещё мешок с какими-то травами.

— Ну ты и копуша! – напустилась она на Зою, но в голосе слышался смех. – Я уж думала, ты проспишь, а без тебя какой пар?

— Не проспала, – отмахнулась Зоя, и они зашагали к бане.

Светлана с Нюрой уже ждали. Светлана держала в руках сделанные из лыка мочалки. Нюра робела, куталась в большой платок, хотя утро было тёплым.

— Нюрка, ты чего как не родная? – Анфиса подтолкнула её к дверям. – Аль первый раз в баню идёшь?

— Нет, – прошептала та, – но чтоб с утра...

— А вот так и надо, – наставительно сказала Анфиса. – Все вместе оно и веселее, и жарче.

В предбаннике было тепло, пахло берёзой и мылом. Скинули одежды, повесили на колышки, и Зоя, зайдя в парилку ахнула. Жар мягко укутал, словно обнимая. Пахло так, что голова кружилась: мятой, душицей, берёзовым листом и ещё чем-то лесным, смолистым.

— Ну, девоньки, – Анфиса вошла следом с веником в руке, и сразу плеснула на каменку ковш воды. Пар взвился до потолка, зашипел, и Зоя зажмурилась от удовольствия.

Светлана уже устроилась на нижней полке, тихо постанывая от удовольствия. Нюрка робко присела рядом, но Анфиса подхватила её под руку:

— А ну, полезай наверх! Там настоящий жар! Чего внизу отсиживаться?

— Я боюсь, – пискнула Нюрка.

— А ты не бойся, – Зоя улыбнулась ей. – Я с тобой. Полезли.

Забрались на верхний полок – и Нюра ахнула от наслаждения. Жар обволакивал, проникал в каждую пору, вытапливал усталость, что копилась неделями.

— Ой, – выдохнула Нюра, – ой, мамочки...

— То-то же, – довольно сказала Анфиса, орудуя веником. Она хлестала себя по спине, по ногам, по животу, и полное, крепкое тело покрывалось красными пятнами, но она только кряхтела от удовольствия.