Книга Гончар из Заречья, страница 157 – Анна Рогачева

— Чего-чего? – переспросила Огнеслава.

— Это я так. Поговорка одна. Из тех же свитков.

— Странная ты, Зоя, – Огнеслава покачала головой. – И слова у тебя странные, и мысли. Но видно, что умная – это точно.

Дед Макар, до этого момента только сидевший и блаженно улыбавшийся, вдруг заговорил. – У нас тут, прекрасная Огнеслава, между прочим, такие умы водятся, нигде больше нет! Вон Глеб – он такие вещи придумывает, что городские обзавидуются!

Огнеслава перевела взгляд на Глеба:

— Это он про что?

— Про бумагу, – ответил Глеб, и положил перед Огнеславой пару бумажных листов.

— Что это? Как же это? А из чего же вы её делаете? – Огнеслава подалась вперёд, зарумянилась, в глазах вспыхнул такой огонь, что ничем не потушить. Из чего это? Аль завезли откуда? Как вы её делаете?

— А это, извините, секрет, – улыбнулся Глеб. – У каждого мастера свои тайны.

— Даже от меня? – Огнеслава прищурилась.

— От вас – особенно, - не моргнув глазом, ответил Глеб. – Потому что, если вы узнаете, потом сами делать начнёте, а мы без работы останемся.

Огнеслава расхохоталась – громко, заливисто, от души:

— Ну, Глеб, уел! Ладно, молчу, молчу. Но если секрет такой важный, значит, и товар ценный. Показывайте, что там у вас ещё припасено.

Зоя поднялась и жестом пригласила гостью следовать за собой. Откинув полог, Зоя провела её в другую часть дома. Там, на отдельном столе, был выставлен сервиз, покрытый тканью. Но Зоя провела Огнеславу мимо него – к полке, на которой лежали другие сокровища.

— Это мы хотим показать вам отдельно.

На столе, на чёрной ткани – где только Зоя её взяла? – были разложены сокровища. Ручки-перья – каждая выкована вручную Петром и Глебом, с изящным узором на держателе, расписанным Зоей, с пером, покрытым тонким слоем серебра. Чернильницы были маленькие, круглые, покрытые той же жемчужной глазурью, но с секретом: они не проливались, даже если их опрокинуть. Зоя специально продумала эту форму – широкое дно, узкое горлышко, а внутри была особая перегородка, предотвращающая случайный пролив чернил. И всё это было так красиво и изящно, что Огнеслава ахнула.

— Это… это же… Что это – она взяла перо в руки, покрутила, – как этим пользоваться?

Тут подошёл Глеб с листом бумаги и показал, написав несколько слов на листе.

— Это... это же... чудо?! Казалось, что она сейчас начнёт заикаться от восторга, но быстро взяла себя в руки, успокаиваясь.

— Где вы это взяли???

— Придумали, – скромно ответил Глеб. Мы так устали писать углём на бересте, что эта придумка сама должна была случится. Ну вот и случилось!

— Вы посмотрите, мы чернильницу сделали такой, чтобы удобно было и в дороге, и на корабле, да и на стол что бы не опрокинуть. Имейте ввиду, чернила очень пачковитые…

Огнеслава поставила чернильницу на место и взяла в руки перо. Провела пальцем по узору, взвесила на ладони:

— Тяжёленькое, в руке хорошо лежать будет. А перо серебряное?

— Покрыто серебром. Но можно и золото.

— А это что? – Огнеслава заметила стопку тонких деревянных палочек, лежащих рядом с чернильницами.

— Это карандаши. Видите, внутрь дерева вставлен специальный грифель. Им можно писать без чернил, и, если ошиблись, то запись всегда можно стереть.

Зоя написала слова и достав кусочек мягкой замши, провела по написанному – слова исчезли.