Книга Забытое желание дракона, страница 10 – Элина Амори

— Для начала пойдем к местному жрецу, узнаем, кто пропал, когда, — произнес я. — А то, может, никто вовсе и не пропал.

— Почему к жрецу? — удивилась она. — А полиции у вас нет?

— Полиции?

— Служитель порядка, которому в случае чего жалуются, — робко сказала она.

— Жрец — это и есть тот, кому жалуются. Но пойдем завтра. Сегодня отдыхай, Аяна.

Аяна спала на моей кровати в моей комнате, а я остался в гостиной на диванчике. Она мерно сопела через стенку, а я не сомкнул глаз всю ночь. В моем жилище впервые ночевала девушка. Ее нежным запахом пропиталась комната, звуки ее дыхания ласкали слух. И в голову назойливо лезли мысли: а вдруг она и правда подарок от неведомых высших сил? Вдруг она предназначена мне?

Я гнал эти дурные мысли, отрезвляя себя тем, что юная особа боится меня, что она точно хочет вернуться туда, откуда попала в холодный темный лес к чужим людям. Ночь прошла в муках, соблазнах и самобичевании.

Аяна же выглядела наутро выспавшейся и отдохнувшей, хоть и робкой. Мне пришлось несколько раз повторить, чтобы она чувствовала себя как дома, прежде чем она немного расслабилась.

— Я могу приготовить завтрак, — проговорила она, засучив рукава. — Где у тебя продукты?

— Завтрак? Мне? — я удивился. Не помню, когда мне последний раз готовили завтрак. Это точно было в какой-то другой, старой жизни, когда я еще был сыном барона.

— Если ты не против, то нам обоим, — прошептала, смущаясь и краснея, Аяна. — Я тоже проголодалась.

— Да, конечно. Сейчас принесу.

Она жарила яичницу с беконом, а я сбегал покормить скотину: двух коров, коня, свинью и пятерку овец. Незамысловатый, простой завтрак показался мне невероятно вкусным и сытным. Но я свою порцию проглотил за минуты, а остальное время тихонько следил, как ест Аяна. Как двигаются и блестят ее губы, как розовеют щеки, как ловко она управляется вилкой своими нежными пальчиками.

Просто невероятно милое создание. Создание, к которому мне нельзя прикасаться, иначе разрушу ее хрупкую нежность, заставлю страдать. Но никто не запретит мне любоваться этим нежным, милым цветочком, попавшим в когти дракона.

После завтрака мы пошли к местному жрецу, в храм. Маленький, полуразваленный, кое-где даже валялся нетронутый снег, просыпавшийся сквозь дыры в потолке.

— Лестан! — прикрикнул я, надеясь, что старик пришел на утреннюю мессу. — Эй, где ты?!

В глубине храма, за покосившимся алтарем, послышался шорох. Из-за занавески, когда-то богатой, а ныне истлевшей до цвета пыли, появился Лестан. Жрец Диверии в этих краях служил больше сторожем храма и напоминанием о ее существовании, чем истинным духовным пастырем — тщедушный, с прожилками вместо мышц на шее, в потертом, но чистом балахоне. Его глаза, выцветшие от возраста, сузились при виде меня, а потом расширились, заметив Аяну у меня за спиной.

— Хорн, — кивнул он сдержанно, без обычной для селян неприязни, но и без радости. Его взгляд скользнул по Аяне, задержался на ее одежде, на испуганно-любопытном выражении лица. — И… гостья. Не местная. О ней мне вчера поздно вечером талдычил староста с женой. Просили петицию написать и в главный храм отправить.

— Не местная, — подтвердил я, отсекая дальнейшие расспросы одним тоном. — Лестан, расскажи про слухи о пропавших девушках. Это правда?