Книга Триединое Королевство, страница 74 – Anne Dar

Наступила ночь: ясная, звёздная, со сказочным серповидным месяцем на небосводе. Уверив меня в том, что в момент пробуждения Кайи меня моментально оповестят, Тофа взялась читать новую объёмную книгу, а я вышла в сад с намерением немного прогуляться под усыпанным звёздной крошкой небосводом, прежде чем вернуться в свои покои.

Покинув часовню, освещённую мягким пламенем свечей, я на мгновение замерла возле неё, наслаждаясь звуками и ароматами тёплой сентябрьской ночи… Всё же в здешних краях заметно теплее, чем в Канаде в эту пора года.

Дойдя до гравийной тропинки, я выбираю повернуть направо. Честное слово, в этом платье среди фигурно подстриженных кустов и длинновласых ив, плачущих над прудами в загадочной сени Дворца, не почувствовать себя самой настоящей принцессой практически невозможно, так что я немного улыбаюсь себе, когда вдруг замечаю кого-то копающимся среди кустов. Почти сразу я узнаю ночного активиста: Тиберий Шакролин Ванадий собственной персоной. Он настолько увлечён процессом, что замечает меня, только когда я останавливаюсь практически впритык к его садоводческим инструментам. На правах прохожего, уже вмешавшегося в чужую идиллию одним лишь своим появлением, я здороваюсь первой:

— Вечер добрый, господин Шакролин.

Металл сразу же поднимается с колен и смотрит на меня удивлённым взглядом. В темноте его изуродованное лицо, справа прожжённое до самого черепа, кажется менее пугающим, а его сияющие неожиданным желтоватым светом глаза добрее, однако, боюсь, со мной могут в этом согласиться лишь обладающие металлическим зрением Металлы, но не люди. Люди, увидев его ночью, должно быть, от ужаса лишаются дара речи…

— Прошу, не называйте меня господином Шакролином. Лучше просто Тиберий.

— Как пожелаете, Тиберий. Что Вы тут делаете, в такой поздний час? – мой взгляд падает на его руки, в которых он сжимает пучок отдалённо знакомой мне травы с плотными корнями бежевого оттенка.

Заметив мой взгляд, Тиберий протягивает мне один корешок и, когда я беру его, говорит:

— Это кориандр. Корень этого растения символизирует страсть.

— Вы что же, колдун? – иронизирую я. – По ночам собираете ингредиенты для своих зелий?

При лунном свете улыбка этого Металла кажется совсем мягкой, подстать его голосу:

— Определённые растения, особенно некоторые цветы, лучше подрезать ночью, когда они спят.

— Впервые слышу о таком.

— Видите ли, люди, по сути своей, дневные существа. Садовники среди них порой встречались и хорошие, и гениальные, но у них не было металлического зрения и ощущения мира. Они были ограничены световым днём, в который трудились, чтобы успеть завершить свои дела к ночи. Но у Металла и зрение, и способность не только воспринимать природу, но чувствовать её первобытный организм, несравненно лучше, нежели у человека. Тот же, кто умеет чувствовать глубже, видит яснее, – с этими словами он вдруг протягивает мне ещё один маленький, пятилистный цветочек, похожий на фиалку, и совершенно сказочно светящийся люминесцентным голубым огоньком.

— Никогда не видела ничего подобного, – заворожённо произношу я, внимательно рассматривая прелестную кроху, зажатую между моих пальцев.

— Этот скромный цветочек ночной, он распускается с наступлением сумерек и совсем не светится, пока не сорвёшь его. Он может так всю свою недолгую жизнь и прожить, ни разу не засияв, и обратиться в серенький прах… Сияние – признак несвоевременно сгорающей жизни.