Книга Холодною зимой метель нас закружила, страница 146 – Ольга Токарева

Музыканты погрузились в объятия своих инструментов. Глория, словно луч прожектора, шагнула к микрофону и, обведя площадь пронзительным взглядом, начала: — Дамы и господа! Позвольте мне присоединиться к торжественному гласу правителей пяти держав. В час, когда тень врага пала на стены доблестного Тарханского ханства, ни один из них не остался в стороне. Тарханец плечом к плечу с анджкирсанцем, хантейком, сурманеинцем и пуаринцем встали на защиту родной земли. Единой стеной, единым порывом они обрушились на супостата, ибо за спинами их были очаги, родные лица, надежды будущих поколений. Они сражались за счастье, за жизнь, за право дышать свободно на этой земле! Да славится их подвиг! Да прогремит имя каждого героя вовеках!

— Слава! — взревела площадь, словно пробудившийся вулкан. — Слава! Слава!

Глория, дождавшись, когда утихнет гул восторга, продолжила: — Сейчас, дорогие друзья, мы хотим предложить вашему вниманию песни… песни, рожденные не здесь, в мире Карварс, а на далекой, прекрасной планете Земля. Там, под лазурным куполом небес, раскинулась страна, имя которой Россия. Земля несметных богатств, дремучих лесов и бескрайних полей. И, как водится, у красоты и величия всегда найдутся завистники. Они жаждут завладеть ее сокровищами, стремятся поработить ее народ. Но Россия… Ее символ, ее душа, ее несгибаемая воля — береза. Ее нежные ветви, словно девичьи косы, ласкают землю, а могучие корни, словно стальные канаты, пронзают ее недра. Она выдерживает натиск бурь и ветров, гнется, но не ломается, подобно духу ее народа. О ней слагают стихи и баллады, о ее героях поют песни, которые мы сейчас и исполним для вас. Первая из песен — «Атака мертвецов»!

С первых аккордов гитар моё сердце забилось, как птица в клетке, готовая вырваться на свободу. Я невольно сжала кулаки, ловя каждое слово, вслушиваясь в каждый звук. Казалось, что не струны, а стальные нити рвут на части мою душу. Голос Нардинга и Зингала, словно ветер, подхватил меня и унес в родные края, туда, где я родилась. И вместе с музыкой в памяти ожили картины прошлого: войны, обрушившиеся на Русь, горе и страдания людей, оплакивающих близких, павших в кровавой битве.

Вторая песня, «Цусима», обрушилась на зрителей потоком визуального великолепия. Это было настоящее волшебство: едва Зингал запел хрипловатым голосом — голосом, так напоминавшим мне Олега Абрамова из «Радио Тапок», — строки «И одичалая стая вселяет страх…» прозвучали как заклинание, и из-за спин музыкантов, словно из морской пучины, выросла призрачная флотилия.

Не ведая, какие технологии сотворили это чудо, я лишь зачарованно наблюдала за рождением легенды. Над головами, в сумрачном небе, скользили призрачные силуэты кораблей, и казалось, будто доносится не только плеск волн, но и солоноватый запах моря щекочет лицо. Площадь замерла, завороженная этим неземным видением, люди, запрокинув головы, ловили каждый миг, взмахивая руками в унисон музыке и ритму. На мгновение я перенеслась в душную атмосферу московского рок-концерта, где наяву слышала мощное звучание любимой группы.

Когда зазвучала третья песня, «Белая Лилия», меня словно вихрем перенесло в недавнюю битву, где появление дракона и мое собственное стало решающим шагом к победе. Я снова чувствовала себя на широкой чешуйчатой спине, срывая голос в песне, перемежающейся отчаянными криками: «Жги, Адгур, жги их, родной!»