Книга Экономка в дар дракону, страница 99 – Екатерина Стрелецкая

Каково это, шестнадцатилетнему подростку узнать, что все, кого любил и кто был тебе дорог, мертвы? В ту минуту я ощутил, как внутри образовалась пожирающая душу бездна, которая стала ещё больше, когда обнаружил останки матери и Мэйгрид. Но пришлось взять себя в руки, понимая, что необходимо всё вернуть назад, и в первую очередь людей, служивших в замке. Обращение к королю ничего не дало, ведь фактически он выполнил все договорённости, а что его отряды прибыли слишком поздно — так это просто стечение обстоятельств, хотя уже тогда я подозревал, что без вмешательства принца не обошлось — слишком он ненавидел оставшихся драконов, что обитали в Драноэрсе. Всё, что мне оставалось — это освободить попавших в рабство слуг и совершенствовать свои боевые навыки, чтобы получить возможность вернуть утерянные земли.

Так и был всю жизнь одиночкой, рассчитывая только на себя и заботясь о тех, кто мне подчинялся, так как в первую очередь именно командир несёт ответственность за своих воинов. На службе было нелегко, но достаточно просто и понятно: есть приказ, значит, цель ясна, и нужно выполнить с минимальными потерями. Даже лишившись крыльев во время того боя, когда оказался подло ранен, не пал духом, а тут… Цефея совершенно права, сказав, что в мирной жизни не стоит замыкаться, стараясь справиться в одиночку со своей болью. Не думал, что вид разгромленных покоев матери и Мэйгрид снова всколыхнут перед глазами те дни, когда узнал о падении родового замка и гибели всех родных.

Цефея… Импульсивная, гордая, непредсказуемая, прямолинейная… Порой даже чересчур… Как смешно злится, когда отстаивает свою точку зрения… Она не похожа ни на одну из тех женщин, с кем мне доводилось иметь дело раньше. Не скажу, что у меня их было много, но всегда находились те, кого привлекали сперва доспехи, потом слава. Были даже вполне подходящие кандидатуры на роль жены, но что мог предложить наследник почти разорившегося из-за необдуманного поступка предка рода, чьё жалованье в первые годы уходило на содержание обитателей замка, кроме своего имени? Если бы встреча с Цефеей произошла при других обстоятельствах… Я отогнал от себя эту мысль, как изначально провальную. Девушка смогла соединить в себе все те качества, которыми не должна обладать жена дракона, а тем более потомка Лэйфара. Моя мать была живым примером всех добродетелей, позволивших ей быть выбранной в супруги отцу: скромная, тихая, покорная, из знатного рода. Цефея же является полной противоположностью ей: бастардка, рабыня, своенравная, хотя и действует во благо обитателей замка.

Нет, я не могу допустить ту же ошибку, что и дед. Но не только по отношению к предкам, но и к самой Цефее. Даже несмотря на свой статус, она заслуживает большего, чем стать любовницей, не имея прав на большее. Габриэль точно знал, как ударить больнее, когда преподносил её в дар, сделав невозможным мне даровать ей свободу. До тех пор, пока духи не покинули пределов святилища и продолжают питать родовую магию, ни одна из тварей, этих порождений Тёмного, даже близко не подберётся ни к замку, ни к моим землям, а, значит, простые люди не станут их жертвами. Рисковать столькими жизнями ради собственной прихоти я не могу себе позволить.

За всеми этими размышлениями даже не заметил, как наступила полночь. Обычно сон всегда приносил облегчение, даря долгожданный отдых, особенно в родовом замке, но после отставки меня продолжали мучить кошмары, в которых раз за разом падал с огромной высоты камнем вниз, когда резко из драконьей ипостаси оказался в человеческой. Дышать становилось сложно, а всё тело пронизывало болью, словно его опутывали цепи, за которые тянули в разные стороны одновременно, и только с рассветом всё прекращалось.