Книга Вопреки, страница 10 – Анастасия Феникс

За секунду до того, как я бы кинулась, чтобы проверить, мираж ли он, Веня развернулся и размашистым шагом пошел к двери. В ту секунду её открыла женщина, поэтому нельзя было понять. От шока я отреагировала не сразу, лишь спустя минуту я опрометью выскочила из магазина. Но передо мной была лишь толпа снующих туда-сюда людей, и нигде не было видно белой макушки. Как я могла так зависнуть, как?! Даже сидя в такси, я все еще корила себя за нерасторопность, поэтому даже прослушала, сколько стоит проезд. Все еще будучи в состоянии анабиоза, я протянула ему 1000 рублей и, схватив пакет, вернулась домой. Только теперь я ничего не сказала ни Элен, ни Кириллу.

Десятое июля...

Видения кончились, что не могло не радовать, ведь, я больше никого и ничего не видела, а еще это успокаивало. Жизнь стала течь своим чередом, размеренно, как будто все это был лишь страшный сон, о котором ты забываешь спустя сутки.

Стоило лишь выйти из своей комнаты, как на меня накинулись с поцелуем. От неожиданности я опешила и не сразу оттолкнула Кирилла, хотя, надо признать, целуется он сногсшибательно.

— Ты чего? — прохрипела я. Его поцелуи, конечно, заводили и не слабо, но что-то явно случилось. Иначе бы он не стал на меня накидываться как голодный зверь.

— Давай переспим, — выдал он. Я ошарашенно посмотрела на него, а потом до меня дошло.

— Что, опять с Элей поцапались? — в моем голосе так и сквозило возмущение.

Устало вздохнув, Киря отстранился и оперся о стену рядом, даже не смотря на меня. В эту секунду он казался не сексуальным мачо, а просто уставшим от всех нас мужчиной.

— Знаешь, она как-то странно себя вела, смотрела на меня… Я уже подумал, что что-то случилось, подошел, спросил, мол, что случилось, а она на меня накричала. После этого поцеловала. Я сказал, что она слишком странная и ей надо почаще выходить на охоту. В ответ она ударила мне по яйцам, — теперь его лицо уже исказила гримаса гнева, — я развернулся и ушел. Я её не понимаю!

— Для начала прекрати прыгать по койкам! — выдала я, устало потерев лоб. Ох и семейка у нас, — ей это не приятно. Чуть что, так сразу налево или направо.

— Ну, вообще-то у вампиров так заведено! — сказал он, успокоившись.

— Да мало ли что заведено. Кирь, попробуй поговорить с ней по душам, просто попробуй. Сам заметишь, как легче вам станет.

— Да как с ней поговорить?! Да, она красивая и умная, но она меня не понимает! У неё вечно что-то на уме! — рычал он, сквозь плотно сомкнутые зубы.

— Кирь, — покачала я головой, — просто скажи ей, что любишь и все на этом. Поверь, так будет проще всем.

— Но вампиры не умеют любить, — растерянно произнес он, а я усмехнулась. Заглянув в его полные недоумения глаза, продолжила.

— На меня посмотри, сколько лет прошло, а я все еще люблю. Человек давно умер, а я люблю. Я его сама убила — и все равно люблю, — вздохнула я, — и после этого ты говоришь, что вампиры не умеют любить? Мы умеем, просто наша любовь отличается.

— Но… — отвернулся он, — Я испытываю к вам одно и тоже.

— Нет, Кирилл, нет, — покачала я головой, — просто признай, что убьешь любого, кто осмелиться даже косо на неё посмотреть. Ведь так?

— Так, просто я думал, что…

— Просто знай, Киря, что однажды может быть поздно, что однажды ты можешь не успеть ей сказать, что ты её любишь. Не дай Бог, конечно, но… Я не успела. Просто отрицала очевидное, пыталась думать, что всего лишь завишу от него. Как видишь, все оказалось наоборот, — мы медленно пошли по коридору в сторону кинотеатра.