Книга Уроки любви и предательства (от) для губернатора-дракона, страница 128 – Лера Виннер

Чёрный дракон, способный одолеть целую армию. Несокрушимое оружие короля Аарона, позволяющее ему принуждать к миру всех, даже самых злобных и завистливых соседей. Друг и единомышленник Его Величества, залог покоя и безопасности нашей и не только страны.

Я забыла, как дышать, захваченная этим зрелищем, любуясь и содрогаясь.

Если этого страшились мейвенцы…

Альберт сделал шаг в сторону от меня, как будто устремился к нему.

Рейвен не среагировал. Он не мог не заметить, не почувствовать… И всё же даже не повернул головы.

Не оглядываясь на нас, Альберт ускорил шаг, бросаясь следом.

— Вернон!

Обратиться к губернатору целой провинции, графу, своему спасителю и господину вот так, просто по имени казалось немыслимым.

Однако звук, который он издал, не был даже криком, — это был рёв, низкий, нечеловеческий. Предупредительный окрик, адресованный всё понимающим существом себе подобному.

Дракон продолжал лететь, не оглядываясь, и Альберт сорвался с места, побежал следом. У него не было крыльев, чтобы взлететь, и, несмотря на свою силу, выносливость и скорость, он безнадёжно отставал.

Мучительно. Жутко.

Лишь теперь, — бесконечно запоздало, — я поняла, почему он повёл себя так, чего так испугался, и куда направлялся Чёрный дракон.

В ту же сторону, куда бежали похитившие меня и издевавшиеся надо мной люди. Вслед за ними.

И летел он слишком медленно.

Так, словно намеренно приводил наблюдателей в ужас.

Так, словно каждое движение давалось ему неимоверным трудом.

Я не могла слышать мысли дракона, но, чувствуя, как у меня холодеют ноги, начинала понимать.

Вернон, помиловавший мятежников только потому, что не считал честным всерьез схватиться с безумцем. Рискнувший тем самым навлечь на себя гнев своего короля, но поступивший по чести…

Вернон, и пальцем меня не тронувший без моего желания, несмотря на все, что ему было обещано…

Вернон, вытаскивавший из-под старой телеги собаку, которой ничего не стоило на него броситься в порыве защитить свое потомство…

Вернон, пострадавший при пожаре, спасая настроенных к нему заведомо враждебно людей…

В сущности, что ему стоило — принять эту форму там? Напугать до смерти посмевших поджечь Дворец Правосудия дураков.

Всего одно огненное дыхание, и половина мятежного Мейвена была бы стерта с лица земли, а оставшаяся никогда больше не посмела бы роптать.

На черной чешуе не было видно ни ожогов, ни крови, — вероятно, поэтому она и была черной, — но его медлительность, то, как поднимались и опускались его крылья…

Через боль, через страх.

Даже его благородство и терпение должны были закончиться однажды.

— Дидан, подними меня туда.

Я сама удивилась тому, как твердо прозвучал мой голос.

— Нет.

Последовавший отказ оказался настолько категоричным, что я все-таки обернулась, чтобы посмотреть на него.

Он по-прежнему стоял за моей спиной, хмурый, сосредоточенный, готовый защитить меня.

Но не поднять в небо.

Спорить с таким было бесполезно, — приняв решение, он намерен был соблюдать его до конца.

Точно так же, как жил и прятал крылья, потому что женщина, которую он полюбил, не могла и не хотела выбирать между ним и родным домом, а сам он ценил эту верность.

— Пожалуйста, Дидан, — я сделала шаг к нему и откровенно бесцеремонно сжала рукав его рубашки, чтобы заглянуть в глаза. — Ты ведь сам понимаешь, что он может сделать.