Книга Эмпаты, страница 123 – Мэтт Каулиц

Щелчок входной двери мигом выдергивает его из спокойствия. Кай всю оставшуюся жизнь будет ненавидеть этот звук, мало отличающийся от ощущения взведенного курка. Желтые лучи налились тревожным красноватым светом.

Это случилось. Отец пришел.

Тяжелые шаги по коридору, которые он узнает из тысячи. С его умением различать, кто именно идет, впору бы стать аудиалом. Стук приближается с каждой секундой, и бежать уже поздно.

Кай заполошно мечется по кабинету, но все вокруг плоское, спрятаться негде. И посреди отцовского стола криво лежащая безделушка, по которой сразу видно, что к ней прикасались.

Кай резко распахнул глаза, выныривая из кошмара.

— Опять… – досадливо пробормотал эмпат.

Мерзкое, но знакомое чувство внутри не стало сюрпризом и дополняло ощущение после сна. Что-то случилось, и что-то очень плохое – вот что оно значило.

С трудом сфокусировав взгляд на телефоне, Кай равнодушно обнаружил, что проспал половину пар и не испытал по этому поводу никакого раскаяния.

«Плевать.»

Рухнув обратно на сиденье он закрыл глаза. Поворочавшись несколько минут, эмпат вновь протянул руку к телефону. Если выехать сейчас, то он успеет на последнюю пару. Первое в семестре индивидуальное занятие.

«Черт.»

Внутренний отличник настойчиво дергал за ниточку, а жгучее любопытство не дало бы вновь спокойно уснуть.

Кай обреченно переполз на водительское сиденье, мысленно костеря свою жажду познаний. Теоретически он успевал даже забежать в душ, но появляться в общежитии ему категорически не хотелось. Придется преподавателю потерпеть слегка помятого студента. Зато в пиджаке.

Машина уныло выползла с парковки и успешно проползла пол дороги, когда эмпат наконец обратил внимания на истерично мигающий значок топлива. Он едва успел вырулить к краю дороги и припарковаться, когда мотор заглох, прощально чихнув.

— Да за что, – уныло пробормотал Кай, хотя винить в подобном разгильдяйстве можно было только себя.

Оглянувшись в надежде найти в кустах притаившуюся заправку, эмпат хлопнул дверцей (показательно недовольно, но не настолько, чтоб нежный слух автолюбителя ужаснулся содеянному). Бродить по округе в поисках бензина и окончательно опоздать на пару? Или заняться этим после учебы? Ответственно выбрав второй вариант, Кай поплелся дальше пешком.

Порывы ветра трепали полы пиджака, став даже холоднее, чем ночью. Сон в машине все больше напоминал попытку пересидеть зиму в холодильнике. Относительно тепло, но разница только в том, что спину не поддувает. А значит, пора возвращаться на привычный диванчик, заплатив за это общением с одногруппниками. Впрочем, к некоторым из них он уже начал привыкать.

С трудом переборов входную дверь, которую с другой стороны перетягивал сквозняк, эмпат прорвался в институт и облегченно выдохнул. На улице он ощущал себя слишком уязвимо и нервно оглядывался в поисках недоброжелателей: от злобного одногруппника, до журналиста или вовсе отца во плоти.

Институт начинал восприниматься если не как защитный блокпост, то как место, где можно скрыться от части проблем. Взамен встретив новые, конечно, но ему было не привыкать.

Словив себя на этих мыслях, Кай недовольно нахмурился. Он отнюдь не собирался привыкать к своему положению и менять воинственный настрой по отношению к инсайдерскому миру, частью которого эмпат так себя и не признал. Но тот по капле просачивался в сознание, оказавшись не чужеродным захватчиком, а тем самым ощущением дома, которого ему так не хватало.