Книга Серебряная Элита, страница 105 – Дани Франсис

А потом оба начинают смеяться.

Форд хохочет, и кашляет, и утирает ладонью окровавленное лицо. Кросс, лежа на спине, прижимает костяшки пальцев ко лбу, и все тело его содрогается от смеха. Потом встает на ноги и протягивает руку. Помогает Форду встать – и вот они снова лучшие друзья.

Но я это увидела. То, что пытался объяснить мне Роу. «Сейчас ты увидишь, как мало это для него значит!» Пусть все закончилось смехом и рукопожатием – во время схватки были моменты, когда я не сомневалась: Кросс Редден вполне способен прикончить своего лучшего друга.

С легкостью.

Без сожалений.

Прикусив губу, смотрю, как он выбирается из ямы.

Роу снова наклоняется ко мне:

— Уверен, он с тобой переспит, если попросишь.

— Заткнись! – обрываю я его. Отхожу на несколько шагов, к Кейну, который наблюдает за нами.

— Наш генеральчик к тебе пристает? – спрашивает Кейн.

Так мы давно уже называем Роу за спиной. Не я одна замечаю, как он гордится своим родством с Генералом. Воображает, что у него есть какая-то власть и влияние, – хотя, по правде сказать, он всего лишь сопляк, в отличие от старших братьев, не получивший от отца ни должности, ни даже фамилии.

— Просто наговорил гадостей, как обычно, – отвечаю я.

Кейн приобнимает меня за плечи:

— Пошли к нам, тебе нужно это услышать! Лэш рассказывает, как еще мальчишкой едва не сбежал в лагерь Верующих!

Я позволяю увести меня к Лэшу: похоже, это и вправду интересная история.

Бои продолжаются еще несколько часов. Поединок за поединком. Один разбитый нос за другим. Проигранные люкс-кредиты переходят со счета на счет. Наконец я ускользаю, чтобы найти туалет и им воспользоваться. Помыв руки, долго смотрю на себя в зеркало. Блеск на губах, толстый слой туши на ресницах… Чувствую, что снова стала собой, – и в то же время кажется, будто из зеркала на меня смотрит незнакомка.

Я возвращаюсь к арене и, проталкиваясь локтями, пробираюсь к своим друзьям. Уже замечаю золотистую макушку Кейна, как вдруг дорогу мне преграждает Кросс.

Пару секунд мы смотрим друг на друга. Я судорожно сглатываю, но стараюсь сохранять равнодушный вид.

— Привет, Голубка, – говорит он.

— Привет, капитан. – Помолчав, я добавляю: – Недурной бой. Но, по-моему, ты мог бы и пожестче.

Он прислоняется к колонне у себя за спиной, взгляд блестит весельем. Уголки рта изгибаются в усмешке. Но в следующий миг Кросс мрачнеет:

— Что наговорил тебе мой брат?

На левом виске у него рассечена кожа. Кросс задирает футболку, чтобы утереть кровь, – как видно, алые пятна на белоснежной ткани его не смущают.

— Считает, что я по тебе с ума схожу, – отвечаю я, пожав плечами. – Где ему понять, что я не сплю с негодяями!

— Само собой, – соглашается Кросс. Он снова усмехается. – Твой выбор – слабаки и добрячки из Медного Блока.

— Джордан вовсе не слабак. – Теперь моя очередь усмехаться. – По крайней мере, в постели.

— Очень в этом сомневаюсь!

— А почему тебя вообще так интересует, каков он в постели? – Он не отвечает, и я делаю шаг в сторону. – Ладно, если ты меня извинишь… – Но уйти не успеваю.

Он хватает меня за руку. Дыхание убыстряется, как ни пытаюсь я оставаться невозмутимой.

— Рен! – зовет Бетима, и я испытываю огромное облегчение.

Не говоря больше ни слова, покидаю Кросса и возвращаюсь к друзьям. Но не могу сосредоточиться на том, что они говорят. И на бутылке виски, которую передает мне Бетима, и на следующей паре бойцов, вышедшей на песок.