Книга Серебряная Элита, страница 36 – Дани Франсис

Вот-вот.

Об этом она тоже не в курсе.

— Честно говоря, не знаю, о чем они все толкуют, – отвечаю я. – Я сама там была. Ничего, похожего на «поджигание», не заметила. Было какое-то секундное замешательство перед тем, как начали стрелять, но и все.

Эта ложь вызывает укол вины. Однако много лет назад я пообещала Джиму: никогда ни одна живая душа не узнает, что я способна «поджигать». И нарушать обещание в день его смерти не собираюсь.

— Ладно, – спешу я сменить тему, – об этом поговорим позже. А сейчас, пожалуйста, свяжись с кем-нибудь из подполья. С кем-то из высшего звена. Пусть меня отсюда вытащат!

Вместо ответа – неуютное молчание.

— Тана?

— За тобой никто не придет.

Я сглатываю свое разочарование. Лучше некуда! Что ж, спасибо за избавление от иллюзий.

— Они сказали, что уже дали тебе шанс. Ты могла остаться в убежище и подождать, пока тебе сделают новые документы, но предпочла сбежать. Полли велела мне быть с тобой на связи и держать их в курсе, что с тобой происходит.

— Ясно. Ладно, пока.

— Рен!

— Мне надо подумать. Поговорим позже.

Обрываю связь. Тана снова толкается мне в мозг, но на это я внимания не обращаю. Сосредотачиваюсь на единственном голосе в голове – своем собственном. Нужно понять, какой у меня теперь выбор.

Если он вообще есть.

Подполье меня выручать не собирается. Да если бы и выручило, что тогда? Скрываться до конца жизни? Прятаться по конспиративным квартирам? Или лечь под нож пластического хирурга и изменить внешность, чтобы вернуться в общество и без страха показываться на глаза военным? Но даже пара косметических инъекций стоит астрономическую сумму в люкс-кредитах. Сколько придется заплатить за полную переделку лица, я и представить не могу.

Да и не хочу. Пошли они все! Меня мое лицо вполне устраивает.

А что, если разыскать лагерь Верующих и попытаться к ним присоединиться? Но такая перспектива совсем не радует. И не только потому, что они, скорее всего, пристрелят меня на месте. Эти ребята не слишком-то любят чужаков. Несколько лет назад, когда разнесся слух, что Верующие разбили лагерь в лесах неподалеку от Хамлетта, двое мальчишек-подростков отправились их искать и пропали – а на следующий год контролер Флетчер обнаружил в лесу, рядом со следами покинутого лагеря, два детских скелета.

Правда, дело не только в том, что год спустя кто-нибудь может наткнуться в лесу на мой скелет. Просто я не из их числа. Сильно сомневаюсь, что Старая Эра была лучше нынешней, – особенно если вспомнить, что она привела человечество на край гибели.

Обхватив колени, размышляю о том, что возможностей у меня очень немного. В сущности, нет совсем. Я крупно, очень крупно вляпалась. Заходит солнце, и меркнет свет, сочащийся в камеру сквозь крохотное оконце. На потолке – флуоресцентная лампа, но она пока не горит. Должно быть, свет здесь включается по расписанию.

Проходит еще час. Теперь камера купается в тенях. Но длится это недолго: как я и предполагала, через несколько минут вспыхивает лампа на потолке. При этом потрескивает – и этот треск мне приходится слушать еще добрый час, пока он не стихает до едва слышного гудения.

В коридоре слышатся шаги. Я мгновенно напрягаюсь и прислушиваюсь. До сих пор все, кто шел мимо моей камеры, проходили мимо.