Книга Серебряная Элита, страница 49 – Дани Франсис

Расстегнув рюкзак, быстро осматриваю свое достояние. Здесь еще три комплекта формы: черная с длинными рукавами, синяя, такая же, как на мне, и третья – праздничного вида, сильно накрахмаленная. По словам Лидди, у каждого комплекта свое назначение: тренировочный, повседневный, парадный. Кажется, она готова углубиться в подробности, но я отворачиваюсь и продолжаю инвентаризировать свое добро.

Нахожу свободные хлопковые шорты и белую майку: видимо, в них полагается спать. Набор простых белых трусов. Пару лифчиков. Понятно, что все мои размеры есть в личном деле, – и все же невероятно бесит, что чужие люди подбирали мне лифчики. Последним достаю несессер с расческой и другими туалетными принадлежностями.

У каждого есть личный шкафчик, а также полка над кроватью. Большинство курсантов ставят на полку какие-то безделушки из дома. Моя остается пустой.

Рядом со мной Лидди достает из рюкзака цифровое фото и аккуратно устанавливает на полке маленький проектор. На фотографии она стоит на каменной террасе вместе с двумя людьми постарше, должно быть ее родителями, фоном служит стеклянный купол Капитолия. Как видно, ее родители в самом деле не последние люди в Пойнте.

Вдруг по затылку пробегают мурашки. Обернувшись, вижу, что Энсон снова на меня уставился. Прямо-таки пожирает взглядом.

Ну нет, не дождется! Хватаю майку, шорты и несессер и направляюсь в душевую, чтобы переодеться там.

— Ох, какая жалость! Бедненькой овечке не хватило кроватки!

Не сразу понимаю, что насмешливая реплика Кесс обращена не ко мне, а к девушке лет восемнадцати-девятнадцати у меня за спиной. Она робко стоит у стены, прижимая к себе рюкзак.

Перевожу взгляд на кровати. Строго говоря, их здесь должно быть не меньше двадцати восьми – ведь на собеседование явились пятьдесят шесть курсантов. Семерых Форд выгнал после теста, так что в Черном Взводе нас осталось двадцать четыре. Однако кроватей только двадцать три – и в конце нашего ряда много пустого места, как будто отсюда кровати унесли. Еще один дурацкий тест? Если так, непонятно, в чем его смысл.

— Наверное, это какая-то ошибка. Я пойду, найду кого-нибудь… – дрожащим голосом говорит девчушка. Кажется, вот-вот заплачет.

Овечкой я бы ее не назвала. Даже овцы держатся куда увереннее! Скорее, она похожа на новорожденного теленка, что на подгибающихся ножках неуверенно следует за матерью, не зная, что ждет его в огромном и пугающем новом мире.

— Нет, не ошибка. – Это голос Айви, которая, как видно, не стесняется раздеваться на глазах у двадцати трех чужих людей и под жадным взглядом Энсона.

Айви расстегивает и сбрасывает штаны, обнажая ноги. На ней трусы-стринги, должно быть, привезенные из дома: тонкие полоски нежно-голубой ткани подсказывают, что она из богатой и, вполне возможно, влиятельной семьи.

Такую ткань очень сложно достать. Генерал Редден верит в функциональность. В эффективность. С конвейеров наших текстильных фабрик сходят прочные однотонные ткани немарких цветов – серые, темно-синие, черные. В магазины округов редко поступает что-то цветное или с рисунком; однако в Пойнте, если у тебя есть лишние кредиты, вполне можно шить одежду на заказ. С любым кроем и любыми узорами, каких только душа пожелает.

— Они так делают в начале каждой сессии, – объясняет Айви. – Ставят на одну кровать меньше.