Книга Серебряная Элита, страница 66 – Дани Франсис

— Все это я понимаю, – отвечаю я Волку. – Но это ведь не отменяет того, что произошло. Мы оба чудом выжили.

Джим чудом выжил.

Не знаю – и уже никогда не узнаю, – предпочел ли бы он, чтобы я погибла в ту ночь. Знаю, он меня любил, но… от правды не убежать: я была для него тяжким бременем.

Я сжимаю губы, не давая вырваться рыданиям, и стараюсь отвлечься на Волка:

— Вечно ты переводишь стрелки на меня! Расскажи лучше, отчего ты сегодня так вымотался.

— Даже не знаю. Может быть, со мной сейчас то же, что было с тобой в День Освобождения. Устал от всего этого. Притворяться нормальным, скрывать, кто я… чертовски утомительно. – Помолчав, он добавляет: – С каждым днем словно теряю частичку себя.

Редкое признание: Волк не любит показывать уязвимость. Но я понимаю, что он чувствует. Порой вес моих способностей так давит на грудь, что мне трудно дышать.

— Это тяжело, – соглашаюсь я. – Вечно оглядываться через плечо, бояться сказать или сделать что-то лишнее… – Я закусываю губу и смотрю в потолок. – Как думаешь, сколько можно это выдержать, прежде чем сломаешься?

— Мы не сломаемся.

Это он говорит очень уверенно.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю, Маргаритка. У меня есть ты, у тебя есть я. Мы не дадим друг другу ослабеть и сдаться.

Его слова – бальзам на мою усталую душу. Но это умиротворение длится недолго. Едва Волк покидает мой разум – меня снова охватывает тревога. Снова я в ловушке.

Соскальзываю с кровати и направляюсь к двери. Из общей комнаты доносятся голоса. Фильм еще не кончился. Иду в другую сторону, к выходу из здания, хоть и прекрасно понимаю, что вкрученные в потолок камеры фиксируют каждое мое движение.

Выйдя наружу, с удивлением вижу, что на ступеньках крыльца сидит Кейн с мини-коммом на коленях.

— Что читаешь? – спрашиваю я.

Он поворачивает ко мне золотоволосую голову:

— Ничего интересного.

— Раз так, прогуляться не хочешь?

— Конечно. – Он встает, сунув мини-комм в задний карман брюк, ждет, пока я спущусь с крыльца, и протягивает руку.

Я молча смотрю на нее.

— Что? – спрашивает Кейн.

— Что это ты делаешь?

— Дарлингтон, на романтическом свидании положено гулять, взявшись за ручки.

Я невольно прыскаю:

— Лучше держи руки при себе!

Блеснув зелеными глазами, он убирает руку, и мы отправляемся на прогулку вокруг казарм.

Хотя сейчас всего девять вечера, вокруг стоит какая-то неестественная тишина. Я ожидала больше жизни. Ждала голосов из темноты. Но единственные звуки здесь мое собственное дыхание да отдаленное гудение силового поля, окружающего базу по периметру. Над нами нависают сторожевые вышки, и все же я стараюсь отвлечься от ощущения, что за мной наблюдают – не только часовые на вышках, но и мигающие повсюду камеры.

Кейн тоже помалкивает. Я жду очередных шуточек и приставаний, но он идет вперед, засунув руки в карманы форменных брюк, и молчит. Что ж, это меня вполне устраивает.

Мы идем в восточный квадрант, где стоят в тени несколько складов. За ними – ворота, через которые в базу доставляют все необходимое. Приближаясь к воротам, наконец-то слышу голоса. Мужские. Они доносятся из открытой двери небольшого, невзрачного с виду хозяйственного помещения.

Вдруг я напрягаюсь. Рядом с нами открыта не только эта дверь.

Ворота тоже нараспашку.

А рядом с воротами стоит без присмотра мотоцикл.