Книга Серебряная Элита, страница 78 – Дани Франсис

— Кесс, чего ты от меня хочешь? – спрашиваю я резко. Мое терпение подходит к концу.

— Как я и сказала, удовлетворить любопытство. Скажи, когда он трахался, у него вены серебрились? Говорят, с выродками это иногда случается в постели.

Кровь у меня закипает, мерзкие слова эхом отдаются в ушах.

Я вскакиваю.

— Дарлингтон! – предостерегающим тоном окликает Кейн.

Плевать на него.

— Уверена, что хочешь меня разозлить прямо с утра? – спрашиваю я у Кесс.

— И что ты сделаешь? Побежишь жаловаться? – Она кивает в сторону стола инструкторов.

Хэдли и Страк наверняка понимают, что вот-вот разразится буря, однако остаются на своих местах, наблюдают за нами поверх кофейных чашек.

— Ну давай! – подзуживает Кесс. – Иди, наябедничай! Расскажи, что мы задели твои нежные чувства, что говорим о твоем дядюшке-девианте невыносимые гадости!

Я говорю себе, что на нее не стоит тратить даже один удар, и хочу отвернуться, но Кесс еще не закончила свои излияния:

— Я слышала, этот выродок тебя удочерил, когда тебе было лет шесть? Рановато вы начали! Впрочем, среброкровки не отличаются высокой моралью, верно? Интересно, ты…

Тут я разворачиваюсь и бью ее кулаком в челюсть.

Кесс отшатывается, захваченная врасплох этой внезапной атакой. Однако быстро приходит в себя и с яростным воплем бросается на меня.

— Рен!!! – вопит за спиной Лидди, но я уже никого и ничего не слышу.

Да пошли они все! Все эти самодовольные примы, воображающие, что им принадлежит мир!

В столовой начинается хаос. Курсанты с шумом вскакивают из-за столов, кто-то вопит, кто-то улюлюкает. Не обращая на них внимания, я кулаками защищаю честь Джима – и в каждый удар вкладываю долго копившийся гнев и боль.

От очередного удара Кесс летит спиной на соседний стол, однако в полете хватает меня за руку. Мы сталкиваемся среди стульев, а потом скатываемся на пол.

— Сука! – рычит она.

Кровь стучит у меня в ушах. С каждым ударом лишь возрастает желание заткнуть грязный рот Кесс. Я наваливаюсь на нее и бью кулаком в челюсть с такой силой, что голова ее звучно стукается о пол. Она, шипя от ярости, блокирует мой следующий удар правой рукой, а левой с размаху лупит меня по губам. Острая боль в нижней губе, по подбородку течет что-то мокрое. Прежде чем Кесс успевает ударить меня еще раз, отбрасываю ее руку и врезаюсь локтем ей в лицо.

Не могу описать, с какой радостью слышу хруст сломанного носа, с каким удовлетворением смотрю на струйки крови, вытекающие из ноздрей!

Вдруг кто-то вздергивает меня на ноги. Сильные руки хватают меня за пояс и оттаскивают от Кесс. Я отчаянно отбиваюсь, затуманенным от ярости взором глядя, как Роу и Энсон помогают Кесс подняться.

— Эй, пастушка, полегче! – предостерегающе шипит на ухо Кейн.

— Пусти! – рычу я.

— Ну уж нет! – Рука у него словно стальной прут, не сдвинешь. Грудь у меня тяжело вздымается, во рту вкус крови.

К нам подбегают Хэдли и Страк, протискиваются между двух групп.

— Хватит! – оглушительно рявкает Хэдли. – Ну-ка, прекратили, обе!

Кесс пытается снова на меня броситься, но Хэдли ее решительно отталкивает.

— Прибереги свой пыл для ночи поединков! – советует он.

Адреналин постепенно выветривается, я замечаю, что тяжело дышу, что костяшки у меня сбиты и в крови.

— Черт возьми, Дарлингтон! – говорит Страк, освобождая меня из стальных объятий Кейна. – Иди за мной!