Книга Двор Истлевших Сердец, страница 190 – Элис Нокс

Я не просила его доверять мне — хотя и это тоже.

Я просила его увидеть меня. Услышать меня. Признать, что у меня есть право сказать "нет", даже ему, даже когда моё тело кричало "да".

Право выбирать, когда принять помощь, а когда отказаться.

Право быть слабой, но не позволять заботиться — потому что иногда забота была тяжелее, чем одиночество.

Рован смотрел на меня долго — так долго, что я начала думать, он не поймёт, не примет, будет настаивать.

Пальцы всё ещё зависли в воздухе, дрожали от напряжения — всё его тело кричало о желании прикоснуться, помочь, защитить.

Но он боролся с этим. Я видела борьбу в его взгляде — инстинкт против разума, потребность защищать против необходимости отпустить.

Наконец — через вечность или через секунду, не знаю — он медленно опустил руки.

Пальцы сжались в кулаки по бокам. Челюсть напряглась. Но он отступил на шаг.

Один шаг назад.

Давая мне пространство.

— Хорошо, — произнёс он хрипло. — Но если почувствуешь слабость — зови. Я услышу.

Я кивнула, сжимая банку с мазью сильнее.

— Услышишь, — согласилась я тихо.

Мы стояли так ещё мгновение — он у двери в ванную, я у раковины, между нами всего несколько футов, но будто пропасть.

Потом я развернулась и, держась одной рукой за стену, медленно двинулась к двери.

Каждый шаг давался с трудом. Ноги дрожали, грозя подкоситься в любой момент, но я заставляла себя идти ровно, не показывать слабости.

Гордость. Глупая, упрямая гордость.

Но в этот момент она была единственным, что у меня оставалось.

Я дошла до двери, толкнула её и вышла в коридор, не оглядываясь.

Но чувствовала его взгляд на своей спине — тяжёлый, пристальный, полный невысказанного.

* * *

Моя комната встретила меня тишиной и запахом лаванды — Дейрдре всегда клала сушёные веточки в шкаф, чтобы одежда пахла свежестью.

Я толкнула дверь и замерла на пороге. Сколько прошло времени?

После Самайна время потеряло смысл. Сначала Подгорье, потом мёртвый лес, потом всё остальное.

Казалось, прошла целая жизнь.

Ничего не изменилось — кровать аккуратно застелена, на тумбочке рамка с фотографией: я и Дейрдре на берегу моря, обе улыбаемся. Шкаф у стены. Окно с белыми занавесками, пропускающими дневной свет.

Мой старый дом. Моя комната. Моя жизнь.

Которая теперь казалась такой далёкой, будто принадлежала другому человеку.

Я прошла к шкафу и принялась рыться в одежде. Джинсы — старые, потёртые, но целые. Свитер — тёмно-серый, мягкий, вязаный. Нижнее бельё. Носки.

Бросила полотенце и оделась быстро, механически, не давая себе думать. Джинсы сидели свободнее — я похудела. Свитер висел мешком на плечах, но было тепло, и этого достаточно.

Нашла кроссовки на дне шкафа, надела, зашнуровала.

Подошла к зеркалу над комодом. Посмотрела на своё отражение.

Бледное лицо. Тёмные круги под глазами. Короткие влажные волосы торчат в разные стороны. Потрескавшиеся губы. На шее синяк — там, где я ударилась, падая.

Я выглядела... изменённой.

Не просто усталой или напуганной. Другой. Будто что-то внутри сломалось и срослось неправильно, под другим углом.

Может, так и было.

Я отвернулась от зеркала и вышла в коридор.

Внизу всё ещё шумела вода — Рован мылся. Я прислушалась, но слышала только шум душа.

Хорошо. Значит, не упал в обморок и не провалился в портал случайно.