Книга Двор Опалённых Сердец, страница 168 – Элис Нокс

Оберон бросил лук. Перехватил клинок, выпрямился, посмотрел на двух оставшихся противников – холодно, расчётливо, без страха, без сомнений, только с той ледяной уверенностью, которая приходит после тысячи столетий правления и войн.

— Тогда закончим это по-старому, – слова прорезали тишину – спокойные, ледяные, безжалостные, голос короля, объявляющего смертный приговор. – Клинок к клинку.

Враги переглянулись, и в их зрачках мелькнуло что-то похожее на сомнение, на страх, но они заглушили его, потому что они были Стражами, потому что они не боялись смерти.

Они атаковали одновременно – синхронно, как стая волков, сверкающий металл прочерчивал смертельные дуги в утреннем свете.

И Оберон двигался.

Как вода, перетекающая через камни.

Как ветер, ускользающий сквозь пальцы.

Как смерть, танцующая с жертвами перед последним ударом.

Я не могла пошевелиться, не могла дышать – просто смотрела, как он двигался между ними, уклонялся, блокировал, контратаковал – железо встречалось с серебром, искры летели.

Третий фейри бросился с воем, и Оберон развернулся, железо полоснуло по бедру – достаточно глубоко. Противник взвыл, схватился за ногу, рухнул на колени.

Светловолосый атаковал последним – отчаянно, яростно, два клинка прочертили смертельные дуги, но Оберон нырнул под удар, перекатился, вскочил за спиной врага и ударил рукояткой по затылку. Глухой хруст. Светловолосый покачнулся, клинки выпали из рук, и он рухнул на колени, тяжело дыша, кровь стекала по пальцам:

— Я сдаюсь, Король Лета.

Оберон не ответил – просто развернулся и побежал к фургону, прихрамывая, держась за бок, но в темпе, не останавливаясь.

— Поехали, – я вдавила газ в пол.

Фургон рванул вперёд с воем шин.

И в тот же момент воздух прямо перед капотом дрогнул.

Вспышка серебристого света.

Морвен материализовалась из ниоткуда – просто появилась в пяти метрах перед фургоном. Руки разведены в стороны, ладони светятся магией. Холодные, как лёд, глаза смотрят прямо на меня сквозь лобовое стекло.

— Стоять! – её голос прорезал воздух, усиленный магией.

— Нихрена! – я вдавила газ ещё сильнее.

Фургон набирал скорость. Морвен стояла на месте – неподвижная, как статуя.

Мы неслись прямо на неё.

Десять метров. Семь. Пять.

— КЕЙТ! – заорал Оберон. – ТЫ ЕЁ СОБЬЁШЬ!

— ЗНАЮ!

Три метра.

Морвен подняла руки выше. Серебристый свет вспыхнул ярче, магия сгустилась в воздухе.

Два метра.

— КЕЙТ, ОНА НЕ ОТОЙДЁТ!

— ТОГДА ЕЁ ПРОБЛЕМЫ!

Один метр.

И Морвен исчезла.

Просто растворилась – вспышка серебра, и её нет.

Фургон пронёсся сквозь пустое пространство, где она стояла секунду назад.

— Куда она… – начал Оберон.

БАБАХ!

Что-то тяжёлое ударилось о крышу кабины сверху. Металл прогнулся с визгом.

Я глянула в боковое зеркало.

Морвен сидела на крыше фургона – присела, как кошка, одной рукой держится за край, другая светится магией. Тёмные волосы развеваются на ветру. Серебристые зрачки смотрят вниз – прямо в зеркало, прямо на меня.

И улыбаются.

— ОНА НА КРЫШЕ! – заорала я.

— ЧТО?! – Оберон обернулся, посмотрел вверх.

— НА ЧЁРТОВОЙ КРЫШЕ ФУРГОНА!

Металл над головой застонал. Морвен двигалась – я слышала скрежет по крыше, царапанье.

Она ползла к лобовому стеклу.

— Резко тормози! – рявкнул Оберон.

— Она удержится!

— ТОГДА ПОВОРАЧИВАЙ! РЕЗКО!