Книга Двор Опалённых Сердец, страница 213 – Элис Нокс

Как только освобожусь, – читалось в его позе, – я придушу тебя голыми руками.

Алистор не смотрел в сторону Оберона. Ни разу. Слишком старательно не смотрел.

— А он? – спросила я, кивнув в сторону Оберона.

Алистор моргнул – невинно, удивлённо.

— Кто? – переспросил он мягко.

Я прищурилась.

— Вы прекрасно понимаете, о ком речь, – произнесла я ровно.

— Понимаю? – повторил Алистор задумчиво. – Интересное утверждение.

Я не отвела взгляд. Держала его – упрямо, вызывающе.

— Вы узнали его в ту же секунду, как увидели, – сказала я тихо, чтобы слышали только мы. – И сейчас притворяетесь.

Пауза.

Алистор наклонил голову. Изучал меня несколько секунд.

Потом не спеша, очень не спеша улыбнулся – широко, искренне, с откровенным восхищением.

— Ты, – произнёс он тихо, – мне действительно нравишься.

Он повернулся к Нортану, и безмятежная маска вернулась на лицо.

— А он тоже товар? – кивнул он в сторону Оберона, словно только что заметил его существование.

Нортан поспешно кивнул.

— Д-да, Ваше Величество. Пойман на границе вместе с девушкой. Крепкий. Здоровый. Хороший работник…

— Как его зовут?

Нортан усмехнулся – ехидно, с издёвкой в голосе.

— Обероном себя называет, Ваше Величество.

Рыжая бровь поползла вверх.

— Обероном? – повторил он. – Ничего себе. Этот смертный решил назвать себя в честь правителя Летнего Двора? – Он покачал головой, и в голосе зазвучало театральное разочарование. – Как нескромно. Как… дерзко.

Толпа засмеялась – негромко, но ехидно. Шёпот прокатился по рядам:

— Смертный назвался Обероном…

— Какая наглость…

— Возомнил себя королём…

И тогда Оберон шагнул вперёд.

Резко. Властно. Так, что бандиты Нортана отпрянули – инстинктивно, испуганно.

Он поднял голову. Посмотрел прямо на Алистора – глаза горели не яростью. Чем-то большим. Более древним.

Презрением.

— Ты знаешь, как меня зовут, – произнёс он. Голос был низким, но каждое слово прорезало площадь как удар меча. – Или твоя новая корона настолько тяжела, что раздавила память, Лис?

Оберон сделал ещё шаг вперёд. Путы на запястьях натянулись, но он не остановился.

— Сколько раз, – продолжал он, голос набирал силу, – сколько раз ты пробирался в мой Двор? Незваным. Непрошеным. – Усмешка исказила губы. – Сколько раз крал из моих сокровищниц? Портил летние праздники своими проделками? – Он наклонил голову. – Сколько раз я приказывал стражникам выгнать тебя вон, плут?

По толпе прокатился шокированный гул.

— Он говорит так уверенно…

— Будто действительно знает Короля…

— Безумец…

Бандит дёрнулся вперёд, схватил Оберона за плечо.

— Заткнись, дурак! Ты что творишь?!

Оберон даже не посмотрел на него. Смахнул руку одним резким движением плеча. Бандит отлетел на шаг, едва удержав равновесие.

— Или ты забыл, – продолжал Оберон, глядя только на Алистора, – как я нашёл тебя в своём винном погребе? Пьяного? Среди разбитых бочек столетней выдержки? – Смех вырвался короткий, жёсткий. – Ты тогда сказал что это был "несчастный случай". Что бочки "сами упали".

Метка на моём запястье полыхнула.

Не болью. Не унижением.

Яростью. Чистой. Обжигающей. Королевской.

— Или как ты подменил все летние вина на зимний эль перед самым праздником Солнцестояния? – голос становился всё жёстче, каждое слово било как удар. – Половина Двора провалялась три дня с отравлением. А ты смеялся. Думал, я не узнаю твой почерк?