Книга Самая длинная ночь в году, или В объятиях Зверя, страница 54 – Ани Марика

Мы в четыре руки сноровисто накрываем на стол. Тут тебе первое и второе, и травяной чай, и даже десерт в виде пирога. Вот это пир на весь мир! А когда мужчины заходят, столовая и вовсе уменьшается в размерах. Это хорошо ещё четверых нет, тех самых главных десантников. Пора прекратить их так обзывать. В общем, старшие братья Миро ещё не вернулись с поисков невест. Но Данко отправил им весть, чтобы их прекращали, так что со дня на день явятся эти голубчики. Просто не представляю, какой гомон тут будет.

За ужином остальные члены семьи расспрашивают меня о князе. Как мне с ним жилось и каков он, когда не рычит? Мне было неуютно от этих вопросов. Не хотелось впускать в наш мирок кого-то постороннего. Казалось, это только наше, интимное, если можно так назвать сожительство с Гором.

После сытной трапезы, так и не добившись от меня развёрнутых ответов, мужчины расходятся. Глаша с Глафирой моют посуду. А Варвара провожает меня в баньку. Как же сильно я мечтала о ней. Моюсь слишком долго. Грею косточки. И раз за разом возвращаюсь к Гору и избушке.

После бани возвращаюсь в ту же комнату, в которую меня поселили. Она принадлежит Лазарю, но здесь практически нет личных вещей оборотня. Лишь его запах витает и возвращает в мои развратные фантазии.

Долго слоняюсь по помещению. То лягу, но стоит закрыть глаза, как всплывают галлюцинации наших с Гором потных тел на каменном ложе. То встану и, подойдя к окну, смотрю в лесную темень. Силюсь увидеть медведя.

Ближе к рассвету, так и не поспав толком, выхожу из дома. Сильнее кутаюсь в шубку и иду к лесу. Хочу поговорить с ним. Увидеть его ещё разок. Мне просто необходимо знать, что не я одна скучаю. Не одна я тоскую по проклятому неандертальцу. И зверю.

Я слоняюсь по лесу слишком долго. Высматриваю медведя, а после и Гора. Он ведь должен уже обернуться и почувствовать, что кто-то вторгся на его территорию. И мне совершенно не страшно встретить хищников. Я даже хочу наткнуться на дикого зверя, чтобы мой зверь пришёл и спас, как он всегда делал.

Вот только, как бы упорно я ни кружила по лесной чащобе, не могу найти ни избушку, ни чёртову тропку. Одни сплошные деревья, покрытые снегом. Его так много, хотя вот деревенька почти вся растаяла и в лужах.

— Гор! — кричу, кутаясь в шубку. Упрямства мне не занимать, но холод пробирает до костей.

Так и не добившись хоть каких-то результатов, выхожу из леса. Разворачиваюсь, всматриваясь в чащобу.

— Пойдём, дочка. Если князь не хочет, ты не найдёшь его, — ко мне бесшумно подходит Данко.

Значит, неандерталец не хочет со мной общаться. Гад! И мерзавец! Разозлившись и обидевшись в лучших чувствах, ухожу вместе со старцем в дом.

Занимаю себя рутиной, наравне с Аглаей помогаю Глафире по дому. Хозяйство у них большое, дел на всех хватает, а быть обузой как-то не привыкла. День пролетает совсем незаметно.

После ужина, как только всё семейство уходит спать, я вновь выхожу и иду к опушке леса. Кружу вокруг, высматривая медведя. Выбрав более-менее заснеженную часть, шагаю в чащобу. Если Гор не хочет со мной разговаривать, то медведь захочет. Он ведь совсем не такой вредный, как князь.

Тихий рык за спиной отвлекает от поисков одного неандертальца в звериной шкуре. Разворачиваюсь и таращусь на рыжего волка.