Книга Три дня нашей страсти. Во власти Змеиного леса, страница 81 – Лера Виннер

— Мои родители считают, что я рехнулась и мне нужно лечиться. Мать не хочет со мной общаться, пока я занимаюсь этим. Она уверена, что я обязательно повторю судьбу дяди.

— Она просто за тебя боится.

Его слова не стали упреком или назиданием. Скорее — мягким и ласковым напоминанием.

Я осторожно развернулась так, чтобы не стряхнуть его руки, но получить возможность видеть лицо.

— Я не сумасшедшая. И не адреналиновая наркоманка, как считает Бэрооу. Разве что совсем чуть-чуть… Но мне это нравится. Нравится делать что-то для того, чтобы зло получало по заслугам. Понимаешь?

Эйдан не ответил, потому что это и не требовалось.

Только теперь я осознала: он понимал, понимал как никто другой.

Отчаянный охотник на нечисть…

Я тоже охотилась на нечисть. Только моя добыча могла прикинуться людьми.

По всей видимости, мы снова думали об одном и том же, потому что он потянулся и погладил меня по голове, бережно, но очень уверенно удержал за затылок.

— Если ты охотишься, у тебя должно быть хорошее оружие и отличное чутье. Идеально, если будет хотя бы один человек, на которого ты сможешь положиться. Первое и второе у тебя точно есть, а родители рано или поздно поймут. А если нет, то смирятся.

Он не стал отделываться гадким «Все будет хорошо», но говорил так уверенно, что я невольно рассмеялась:

— Не думаю, но я уже привыкла. Они имеют право не одобрять. К счастью, я уже достаточно большая девочка, чтобы их не слушать.

Отношения с родителями и правда не были для меня такой уж больной темой. Достаточно было того, что я точно знала: они здоровы и благополучны, а те подарки, что я отправляла к Рождеству… Их принимали точно так же, как я принимала пополнение своего банковского счета с карты отца ко дню рождения.

Эйдан погладил мой висок, помогая успокоиться.

Он по-прежнему не судил и не пытался учить меня, и я свернулась в его руках удобнее, потому что вполне естественная грусть, возникшая от того, о чем мы говорили, никуда не делась.

Драгоценное время утекало, но лежать вот так оказалось хорошо. Я чувствовала себя опустошенной, но счастливой, потому что он воспринял услышанное правильно. Так, что я ощущала себя… понятой.

— Мне кажется, твой дядя бы тобой гордился.

Я прикрыла глаза, и его голос донесся до меня сквозь мягкую теплую пелену.

Крепче сжав руку Эйдана, я коснулась губами ребра ладони.

— Не знаю. Думаю, он мог бы быть против. Он меня очень любил.

— Значит, он хотел бы, чтобы ты была довольна. А ты будешь довольна, когда найдешь убийцу, — Король лег удобнее, дотянулся до бокала, чтобы подать его мне. — Расскажи, что ты видела в отеле.

Теперь, когда он окончательно разобрался в моих мотивах и счел, что может мне полностью доверять, мы могли перейти к делу.

Я развернулась, приподнялась на локте, просунув ногу между его ногами.

— Всё было так же, как год назад. Странгуляционная борозда на теле отсутствует, но я готова спорить, что она тоже погибла от удушья. Никаких препаратов в крови первой жертвы не обнаружили, значит, воздействие было механическим. По пути сюда я много думала о том, что это могло бы быть. Шарф? Шланг? А потом я поняла…

Я запнулась, наблюдая за тем, как Эйдан делает глоток из своего бокала, потому что просто не могла произнести это вслух.

У меня хватило бы дерзости озвучить свои догадки Змеиному Королю. И даже безрассудства, чтобы поделиться ими со случайным любовником, которого больше никогда не увижу, и который пропустит половину сказанного мной мимо ушей.