Книга В сердцах холодный лед, страница 138 – Ольга Токарева

Выйдя из дома купца, вытерла ладонями мокрое от слез лицо, стала всматриваться в ночную темноту.

Атон возник передо мной, словно выросший из земли молоденький гриб.

— Ну, чего… уговорила купца?

— Уговорила. Век тебя не забуду. А сейчас давай вертаться. Мне еще за сыном бежать.

Вернулись мы быстро. В покои влетела, не помня себя. Переодеваться не стала, чтобы не привлекать внимания одиноких прохожих, надела дорожный плащ. В один карман бросила разные монеты, в другой конфеты и награду для Атона. Сменив личину, спрятала под плащом сумочку, прижав ее рукой.

Вернувшись под яблоню, вложила в руку мальчишке мешочек с монетами и распиской о том, что я подарила на учебу Атону пятьдесят золотых монет. Предупредила его, что уезжаю на десять дней и лучше ему в сад не забираться.

Мальчишка простоял минут пять, пораженный моей щедростью, а потом крутанулся и словно растворился во тьме. И лишь шелест листвы и хруст ветки, попавшей под его ноги, выдавали пронырливого дельца.

А я еще некоторое время стояла, дышала ночной свежестью, набирая новые силы на предстоящие действия.

Прижав крепче рукой к телу ридикюль, в котором находились два мешочка с золотыми монетами и один мешочек со ста серебряными, перекрестилась и отправилась по пройденному недавно пути.

Все монеты в мире Карварс делились на три вида и размера. Самая большая монета с номиналом сто была чуть больше наших пяти рублей. Номиналом пятьдесят была чуть поменьше, монета номиналом в единицу представляла собой примерно наш рубль.

До дома Лакрес пешком не решилась идти, наняла двуколку. Вновь накинула на себя личину Агды и выглядела, как горожанка среднего класса, торопящаяся с работы. Попросила извозчика остановиться за пять домов до нужного мне.

Сойдя с повозки, постояла на мостовой, дождалась, когда карета уедет, и лишь после этого не спеша направилась в нужное мне место.

В таверну «Черный Эдельвейс» вошла с черного входа. Идя по коридору, с ностальгией вспоминала: как рисовала план сцены, гримерок и комнат для молодежи будущей музыкальной группы, с каким ожиданием брала в руки новые музыкальные инструменты, прокручивала в уме репетиции с ребятами. Толкнув дверь, вошла в комнату к Стевану. Как и предполагала, многие вещи остались дожидаться своего хозяина, но, к сожалению, так и не дождутся.

Подхватив подушку, стянула с нее наволочку и стала аккуратно складывать в нее рубашки, брюки, нательные штаны и носки. Летние туфли из кожи грубой выделки завернула в другую наволочку и положила к собранным вещам. Подхватив поклажу, решила заглянуть в свою гардеробную, но на полпути развернулась и поторопилась на выход.

Слишком болезненными были воспоминания. Закрыв входную дверь, не помнила, как дошла до дома Тихоневской. Заходить не стала. Остановила первого идущего прохожего. Им оказался молодой парень лет двадцати пяти и попросила его вызвать из дома Марха. Незнакомец улыбнулся, подмигнул и выполнил мою просьбу.

Со стороны это выглядело так, будто девушка вызывает парня на свидание.

Сын Лакрес, на мое счастье, оказался дома.

— Леди Киара, — настороженно проговорил он, словно сомневался своим глазам.

— Да, это я. Когда вы собираетесь уезжать?

— Завтра вечером. Извозчики сказали, что кони живей по прохладе бегут.