Книга В сердцах холодный лед, страница 139 – Ольга Токарева

— Мне требуется от тебя большая помощь. Скорей, человеку, сделавшему для меня много хорошего.

— Говорите, чем могу помочь?

— Сейчас ты идешь и говоришь матери, что решил погулять с девушкой и сегодня ночью точно не придешь. Захвати на всякий случай дорожный плащ.

Когда парень развернулся, я схватила его за рукав рубашки.

— Марх, выполни все в точности и ни в коем случае не говори обо мне.

Возможно, молодой человек услышал в моем голосе страх. Его брови взлетели вверх, затем сошлись на переносице, он недоуменно посмотрел на меня.

— Не волнуйся, все хорошо, — поспешила развеять его настороженность.

После того, как Марх скрылся в доме, я остановила проезжающую мимо карету и попросила извозчика подождать немного.

Когда мы сели в повозку, пересказала ему свою просьбу: — У меня есть знакомый купец. Нэд Гурд помог мне в одном деле. И теперь настало время отплатить ему добром. От тебя много не требуется. Будешь в городах помогать с разгрузкой товара. Обоз отправляется поутру.

— А как же мама…

— Об этом не беспокойся. Завтра я навещу ее и все объясню. У меня к тебе одна просьба… Нэд будет представлять тебя, как сына, не удивляйся и веди себя естественно. Лучше будет, если ты прикинешься угрюмым букой. Ни с кем не разговаривай. Прикажут таскать тюки — таскай. Скажут — садись есть, выполняй все беспрекословно. И старайся больше отсиживаться в дорожной повозке. Когда пересечете границу Сурманианского государства, ваши дороги с купцом разойдутся. Остановись на ночлег в первой таверне от пограничного поста под своим именем и фамилией. За тобой придут. Кто именно, увидишь при встрече. Вот тебе на расходы, — я вложила в руку парня мешочек. — А эти монеты передашь Нэду Гурду. Береги себя. И помни. На кону моя честь.

— Леди Киара. Я хотел с вами поговорить. Не хочу я в таверне работать, мечтаю на ударнике играть.

— А кто же мне будет светомузыку настраивать? — смеясь, проговорила я, пройдясь пятерней по вихрастому чубу парня.

— Да, светомузыкой может любой заниматься. А вот барабаны мне даже во сне снятся.

— Договорились. Выполнишь все без изъянов. Пристрою к Одону в ученики. А теперь тебе нужно переодеться в эту одежду, твою я заберу.

Из кареты мы вышли оба. Расплатившись с извозчиком, обняла Марха на прощанье. Дождалась, когда он скроется в доме купца, а затем заспешила домой.

Лежа в кровати, не замечая скользящих по вискам слез, смотрела в потолок и вспоминала прожитый год в мире Карварс. Благодарила Богов и судьбу за новую жизнь во мне. И, видно, только когда выплакала всю тяжесть, давившую на сердце, мирно уснула.

Разбудил меня тихий голос матери: — Ливин.

Счастливо улыбнувшись, открыв глаза, потянулась, также в ответ шепнула: — Мамочка.

Сегодня я должна была покинуть столицу. Мне захотелось понежиться в материнских руках, оставить нам двоим воспоминания этих счастливых минут.

Пригласив мать присесть на кровать, положила голову ей на ноги, тяжко вздохнув, собравшись с духом, вымолвила: — Мам… я вчера весь вечер проплакала. Не могу. Как вспомню налитые ненавистью глаза графа, так и реву. Не понимаю. За что так можно ненавидеть женщин? А если бы не Симора. Мне кажется, я бы уже не пережила очередного изнасилования. Там бы и умерла. Лежала вчера, думала и решила погостить у подруги. Побуду у нее дня три — четыре, а потом уже и жениха себе выберу.