Книга В сердцах холодный лед, страница 70 – Ольга Токарева

Оттого, что я на земле стою — лишь одной ногой,

Оттого, что я тебе спою — как никто другой…»

Клэр бросила на внука спокойный взгляд, когда он занял место рядом с ней. Подбадривая, опустила ладонь на его руку, погружаясь в мысли:

«А я-то, дура старая, все гадала. Что случилось с родной кровиночкой? А оно вон что! Влюбился. Иначе вел бы себя, как и прежде. А в последнее время ничего не волнует ее голубоглазого внука. И на свадебный сезон своего дружка отказался идти. Ох, Единый! Чем же мой внук провинился перед тобой? Зачем наградил его любовью? Прости, если чем согрешил. Молод еще, порой не ведает, что творит. Смени гнев на милость. Пощади! Переложи его ношу на мои старческие плечи и пошли моему внуку счастье…».

В какой-то момент от молитв к Единому графиня Маджонская переключилась на тихий, завораживающий голос певицы. Клэр наморщила свой мясистый нос.

Платье, которое было надето на последней претендентке в невесты младшего герцога Арвайского, бросало вызов всему обществу. Но как же была обворожительна красавица. Этот цветок мог бы украшать не только дом графа или герцога, но и короля.

Голос Киары Корхарт во второй раз захватил в плен весь разум графини. Много поведала на своем веку пожилая леди, но сейчас впала в какое-то странное оцепенение. Никогда прежде Клэр не слышала такого проникновенного исполнения песни. Певица не просто пела, она проживала каждое пропетое ею слово:

«Я тебя отвоюю у всех времен, у всех ночей,

У всех золотых знамен, у всех мечей,

Я ключи закину и псов прогоню с крыльца –

Оттого, что в земной ночи я вернее пса…»

Голос певицы постепенно обволакивал весь концертный зал. Казалось, музыка плавной волной идет по всем рядам, окутывает в кокон трепета и желания раствориться в каждом спетом слове. Отдаться и насладиться дивным звучаниям. Лететь навстречу несравненным голосовым переливам.

Графиня Маджонская не замечала бегущих по щекам слез. Она полностью погрузилась в маленький спектакль, разворачивающийся на сцене. Во все глаза наблюдала, как хрупкий девичий стан подхватывает бушующая стихия воздуха и, трепля распущенные волосы цвета серебра, поднимает над сценой. Маленькая воительница не прячется от порывов ветра. Она словно устремляется ему навстречу в единственном желании лететь лишь вперед и повергнуть всех врагов.

В эти мгновения Клэр хотелось взлететь ввысь вместе с певицей. И стоя рядом с ней, выхватив из ножен меч, кричать на весь мир:

«Я тебя отвоюю, ты не будешь ничьей жених, я — ничьей женой,

И в последнем споре возьму тебя — замолчи! –

У того, с которым Иаков стоял в ночи…»

Вцепившись мертвой хваткой в подлокотники, графиня Маджонская испытывала непередаваемую гамму чувств. Ее душа кричала вместе с певицей, рвалась, страдала и плакала, растворяясь в мелодии музыки и голоса. Поникшие старческие плечи одной из знатнейшей женщин Марвайского государства дергались от плача и жалости к молоденькой девушке.

Старая Клэр понимала и знала, что Киара Корхарт этой песней словно предрекает свою судьбу. Не быть юной девушке ничьей женой. И отвоевывать ей некого. Да и достойного мужчины для такой души нет…

Я так отдалась во власть слов песни, что после ее окончания не сразу поняла, что парю над сценой. Воздушная стихия осторожно опустила меня на землю, и как только мои ноги коснулись пола, зал вновь взорвался от аплодисментов.