Книга В сердцах холодный лед, страница 80 – Ольга Токарева

Отстранившись от матери, вытерла ладонью, бегущие по ее щекам дорожки слез, продолжила:

— Я никогда не буду мамой. Не знаю, для чего теперь мне жить… Мам… Прости… Так, больно… больно, сделать вдох. В груди жжет. А моя маленькая искалеченная душа сжалась и никогда, слышишь, никогда уже не поверит в чудо. Не распахнет свои крылья, не наполнит светом мои глаза. Я умерла. Опять умерла.

— Киара… девочка моя… — Ярима со всей силы прижала к себе дочь. — Девочка моя… какое горькое несчастье выпало на твои хрупкие плечи. Нет слов утешения. Их не найти. Моя маленькая, самая любимая девочка. Прошу, не покидай меня. Ты для меня единственная частица света в этом мире. Если с тобой что случится, я уйду вслед за тобой. А хочешь, прокляну все семейство Арвайских? Для тебя я переверну этот мир верх ногами. Или уничтожу его, раз он лишил тебя счастья материнства.

Обхватив лицо Киары, Ярима всматривалась в потухшие глаза дочери и искала в них тот неповторимый жизнерадостный свет, свойственный только этому чистому душой ребенку. Но не находила.

— Нет… не надо. Пусть живет этот мир и очерствевшие бездушные души. У каждого свой путь. Хочу в наш домик у воды. Мам… Отвези меня, пожалуйста.

Подняв голову, встретилась взглядом с зависшими у кровати призраками. Всматриваясь в их опечаленные лица, шепчу, тянусь к бестелесным созданиям, принявшим меня как родную. — Хамира… ба… он… он, уничтожил меня. Искалечил. Сделал пустой. Не понимаю, за что? Как мог так со мной поступить? Я ведь живая. А теперь никогда не прижму к себе свое дитя.

Высвободившись из материнских объятий, бросаюсь к призракам в желании заглушить в их холодных объятиях боль своей искалеченной души.

Бестелесные создания обхватили меня своими просвечивающимися руками. Старческие лица понуры и печальны. Прозрачные капельки слез падают из глаз на пол. И в эти секунды понимаю. Что внутри меня что-то окончательно обрывается.

Умываясь слезами, вновь бросаюсь к матери. Вжимаюсь в ее грудь и шепчу: — Мамочка, да за что мне все это. За что? — поднимаю мокрое от слез лицо. Пелена застилает глаза, а я ищу у женщины, ставшей матерью, ответ на свой вопрос и понимаю, что она не даст на него ответ. — Я так хочу домой, — шепчу ей. — Отвези меня, пожалуйста, к бурлящим водам реки…

— Девочка моя, — прошептала Ярима, сильнее сжав в объятиях Киару. С нежностью поглаживая волосы дочери, глотая подступивший к горлу комок, с дрожью в голосе искала слова утешения: — Доченька моя. Моя маленькая красавица. Искалечили тебя, убили радость жизни, а я и помочь тебе ничем не могу.

Коснувшись губами виска, Барванская осторожно отстранила от себя дочь. С тоской в глазах прошлась дрожащими пальчиками по бледному лицу любимой девочки. — Сейчас только Уане скажу, чтобы пришла, помогла тебе одеться и сразу в имение отпра…

Договорить графини не дал влетевший в покои призрак.

— Думала, что развеюсь, так и не увижу вас, — изрекла Симора, едва видимая на фоне дневного света, пронизывающего комнату. — Ой, девчонки, что творится в замке Арвайских! Магов понагнали. Взмахнув руками, призрак прижала их к груди, состроив страдальческое лицо, замолкла.

У меня в душе отчего-то поселился страх. Не за замок, а за людей. Я ведь не умею управлять магическими стихиями. Вдруг мой необузданный гнев стал причиной чьей-то смерти.