Книга Мандаринка для невидимки, страница 5 – Евгения Аннушкина

Вспомнив “ароматные” болота родной Ц-189, Два-Шесть встал под слабые струи. Ну хоть гель был привычный для чернокрылого, без отдушек, умеренной мылкости. Словно компенсация за воду, напор которой становился все меньше, а температура — ниже. Эрик ускорился, намыливаясь быстрее, но увы, поток иссяк совсем.

— Да чтоб вас всех няши подрали!

Заветное ругательство всех выходцев с Ц-189 оказало на местную систему водоснабжения поистине волшебное действие. В трубах загудело, и на Эрика обрушился поток обжигающего кипятка.

Матерясь в полный голос, он выскочил из санблока, как ошпаренный. В самом буквальном смысле этого слова.

— Гостеприимство… Инсектоидов бы пытать таким гостеприимством!

Не впечатлившись уровнем услуг станции, Эрик посчитал, что и техника, который займется его жалобой, ждать придется долго. Так что когда всего через пару минут от входной двери раздался сигнал, что к нему посетители, он едва успел кое-как обернуться полотенцем.

И едва не потерял его, когда увидел, кто тут ходит в техниках.

— Вы оставили жалобу на работу санблока, — пролепетало давешнее рыжее недоразумение, не отводя глаз от его покрытой хлопьями мыльной пены груди.

— И очиститель тоже проверьте, — добавил он, совершенно не веря в успех предприятия.

Рыжие пружинки торчали в разные стороны, румянец снова заливал бледную в веснушках кожу… Девушка была мила, но… где вот эта милота, а где ремонт санблока?

Девушка кивнула, вс также, словно приклеенная, таращась на его торс. Эрик даже бросил взгляд в зеркало — может, он чего-то о себе не знает? Да нет вроде, все как обычно, разве что слегка ошпаренное…

Рыжая очнулась, когда он сделал шаг в сторону, делая приглашающий жест в сторону санблока.

— Да, конечно… Сейчас все исправим. Станет лучше, чем было!

И почему Эрик ей не поверил?

* * *

Космос!

Должен быть какой-то закон, запрещающий обладателям таких торсов ходить топлес во избежание разрывов женских сердечек!

— Вы оставили жалобу на работу санблока, — кое-как выдавила она из себя, с трудом собрав в кучку те мысли, которые не растеклись розовым сиропом. Таких оказалось немного.

— И очиститель тоже проверьте, — добавил обладатель торса, скрещивая перед покрытой подсыхающими хлопьями пены грудью не менее идеальные руки.

А вот руки она узнала. И почувствовала, что снова заливается краской. Это же тот, ошпаренный ею… Снова ошпаренный. Теперь душем, но косвенная вина опять-таки на ней. Кто здесь старший помощник главного техника, и кто отвечает за работоспособность систем станции?

— Да, конечно… Сейчас все исправим. Станет лучше, чем было!

Марси засуетилась, а такое обычно добром не заканчивалось.

И если с душем она справилась быстро — там и надо было всего-то откалибровать терморегулятор, а когда смущающий ее элемент скрылся под тканью футболки, у нее даже почти руки не дрожали. То очиститель заставил ее уши гореть от стыда.

Служебные записки о необходимости полной замены бытовой техники в номерах для посетителей станции она начальнику направляла, и не раз. Но сейчас чувство, что в ее лице этот мужчина видит олицетворение бедственного положения “Сковородки”, лишало самообладания.

Она же старается, изо всех сил старается! Но станция большая и старая, а главный механик, который вообще-то должен нести ответственность за работоспособность всех систем, пьет без продыху!