Книга Объект 11, страница 86 – Евгения Аннушкина

Вместо этого меня едва не оглушил вопль Твины, которую мы оставили в шаттле как раз для того, чтобы она не запорола операцию, спалив к такой-то матери всю лабораторию.

Абсурдность ситуации зашкаливала.

— Что у вас там происходит?! — орала она мне прямо в ухо, и я бы почесала его, если бы не продолжала держать все еще неподвижного Нейдана. — Вы что устроили? Без меня?!!

Только тревога за нергитов не дала мне рассмеяться. Правильно мы оставили ее в шаттле. Твина разнесла бы все гораздо раньше, чем режим самоуничтожения.

— Твина, пожар добрался до тебя? — дождавшись положительного ответа, я продолжила: — Сможешь его унять? У нас здесь раненые и гражданские. И будь осторожна. На планете кто-то из наших. И он уничтожил лабораторию, заблокировав все выходы.

— Пусть попробует сунуться, — проворчал голос в динамике, а я словно наяву увидела высокомерно задранный нос. — Обеспечу горячий прием, как любимому родственнику.

И отключилась.

Можно выдохнуть. Смерть снова откладывается.

* * *

Есть что-то противоестественное в нас, детях Ц189. В том, как, повинуясь воле Твины, Объекта два, само гаснет пламя, расступаясь перед ней, подобно морю из древних легенд Земли-0. В том, как силой мысли Альфар несет по воздуху нергитов в самом тяжелом состоянии.

В моем спокойствии, когда я поворачиваюсь к Нейдану, все еще бессознательному, но определенно живому, спиной и иду навстречу Твине.

Мы живы, и вместо переживаний я собираюсь посвятить все силы тому, чтобы таковыми мы оставались как можно дольше.

— Встретила кого-нибудь? — спросила Твину, отключив предварительно внутреннюю связь. Она тоже шла с поднятым щитком — дым и жар ее не пугали.

— Только перепуганных няш. Но… Почувствовала. Он движется в сторону жилых блоков.

Она держала себя в руках, все еще держала. Пришла к нам, спасая от огня, хотя я видела, как вся ее сущность рвалась туда, к таким же как и мы детям, объектам амбициозного проекта. Долг все еще перевешивал. Пока еще. В глазах ее горел мрачный огонь, и я уступила, пока пиромантка была управляема.

— Нужно торопиться, — Твине не терпелось броситься туда, где в стерильных боксах растили новое идеальное поколение. Которое наш верный Пхенгу собрат может в любой момент уничтожить, как и лабораторию.

Я кивнула, соглашаясь. Альфар выделил нам несколько человек из своих людей, а сам занялся транспортировкой раненых к шаттлу. Здесь нам придется разделиться, и прикрывать спину мне будет плохо контролирующая себя Твина.

Абсолютная непредсказуемость почему-то не пугала, но лишь вызывала злой азарт. Я не знаю, чего ожидать от пиромантки, но и тот, кто пытался уничтожить нас вместе с лабораторией, тоже.

Это будет весело. Буквально смертельно весело.

Мы с Твиной шли впереди, прокладывая дорогу. Чернокрылые ступали след в след, помня о ловушках, щедро разбросанных по джунглям. Воспитатели считали учебу в условиях, максимально приближенных к реальным, наиболее эффективными, поэтому подорваться на растяжке здесь ничего не стоило.

Тяжелый влажный воздух с трудом пробивался в легкие, лианы цепляли броню и оставляли липкие следы. Хищные взгляды провожали наши движения, няши скалили острые зубы. От чувства дежавю по спине бежали мурашки. Словно и не покидала Ц189, и не было этих лет чужих планет, орбитальных станций, открытого космоса… Все приснилось. А реальность всегда была такой — душной, влажной, липкой, напоенной запахами сырой земли и гниения.