Книга Проект "Новое поколение", страница 15 – Евгения Аннушкина

Обстановка располагала к неспешному разговору, Эва это четко ощущала, а потому несмотря на возникшее внутри возмущение, она дружелюбно улыбнулась.

— Вы такая патриотка? Во благо Империи…

Женщина улыбнулась мягко и в то же время снисходительно.

— Разумеется. Все, что мы делаем, идет во благо Империи, не так ли?

Эва напряглась. Она где-то просчиталась? Но заподозрить в этой уютной чуть полноватой женщине шпиона было почти невозможно. Неужели она ошиблась?

— Но давайте честно... Даже если бы вдруг Империя решила, что мои дети ей не нужны… По любым причинам. Например, болезни, или еще чего-то…

Теплые и мягкие эмоции женщины вдруг резко сменили тональность. Словно кто-то едкого уксуса плеснул.

— Ничего бы не изменилось. Они — мои смысл и цель, то, ради чего я живу.

Женщина была совершенно искренна в своих словах, и Эва против воли прислушалась к ее эмоциям. Волнение, гордость, любовь… Необычно. Среди чернокрылых как-то не очень с семейными ценностями, а с обычными людьми она общалась редко. Что уж говорить о разговорах по душам. Несколько раз ей случалось наблюдать Виктора Чона рядом с его детьми, и ничего подобного он не испытывал. Откровенно говоря, к собственным детям он был куда более равнодушен, чем к исследованиям Белого крыла. Даже Эва волновала его больше, чем успехи собственного сына!

И вот эти чувства… Это то, как живут рядовые граждане Пхенга? Коктейль из эмоций, в котором хватает и отрицательных, но отстраниться Эве, против обыкновения, не хотелось. Хотелось купаться в нем. Впитывать всей душой. Эва вдруг позавидовала им — мальчику и его матери. Они были друг у друга, и что бы с этим мальчишкой не случилось, рядом с ним всегда будет поддержка той, что любит его больше жизни.

А вот безымянный объект в исследовательском центре никогда ничего подобного не испытывал и не испытает. Потому что его утилизируют, если еще не. Как отход производства, как брак.

— Мам, смотри, как могу! — крикнул мальчишка и начал подкидывать мяч вверх коленями, стараясь не дать ему упасть на землю. Хватило его на три удара, мяч отлетел, мальчишка бросился следом… Женщину рядом затопило нежностью.

— Ох, мне пора бежать, — неловко свернула вильнувший куда-то не туда разговор Эва, вскочила с лавки и торопливым шагом отправилась прочь. Женщина почти не обратила внимания на ее уход.

— Сходила, называется, проветриться, — бормотала она себе под нос, возвращаясь к себе, идеально стильную квартиру. В этот момент она казалась Эве особенно пустой и холодной. Это странным образом подстегнуло ее к действию. Эва включила устройство от прослушки и сделала вызов по защищенному каналу “только для своих”.

3 года назад

Шен-Ло. Лаборатории Белого крыла

“...утилизировать в срок до… акт подать не позднее следующего рабочего дня…”

Сухой, написанный казенным языком приказ, заставил торопиться. Времени на подготовку почти не было, просить о помощи кого-то, кроме Форкса, которому было искренне плевать на все, кроме его драгоценных микросхем, она не хотела. Прямое нарушение приказа, кража государственной собственности, практически предательство… Никто из ее братьев и сестер не пошел бы на это. Их воспитывали в рабской преданности Империи.

И в этот момент Эва понимала, насколько на самом деле одинока. Помощь Четвертого не в счет — он сделал это не из личной приязни, не стоит обманываться. Форксу подкинули сложную задачку, и он, как обычно, бросил все силы на ее решение, не забивая голову такими вещами, как законность или еще более эфемерные вопросы нравственности и этичности.