Книга «Аленка» шоколадка, страница 74 – Мила Романова

Я появилась как раз в тот момент, когда в отношениях Настасьи и Русика назрела трещина. У него начал пропадать к ней интерес, а любви, наверное, и вовсе никогда не было. Она же – наоборот, строила планы на будущее. Настасья чувствовала, что что-то с их отношениями происходит, но сделать ничего не могла. Меня она восприняла как «спасательную шлюпку». Она видела, что Руслан меня уважает и ко мне прислушивается, и решила этим воспользоваться.

Я же понимала, что их отношения вот-вот закончатся, и мне было ее жаль. Очень хотелось поддержать и помочь. Я часто рассказывала об этом Ольге, но та обычно укоризненно качала головой:

— Ты не проживешь чужую жизнь, Камила. Лучше в своей жизни порядок наведи, а потом уже и спасать людей будешь. Спасительница нашлась. Тебя бы саму кто спас. А лучше сама себя…

Но я ее не послушалась. И завязались у нас с Настасьей отношения, которым трудно дать название. Дружба? Нет. Настасья не умела дружить и не хотела. Мне тоже это мало напоминало мои отношения с Ларой, Ольгой или Русиком.

Скорее всего, мы стали общаться именно для того, чтобы завершить начавшиеся в нас процессы.

Мы часто встречались с ней, сидели, разговаривали. Она расспрашивала меня, я – рассказывала. Однажды, мы даже съездили с ней отдыхать на недельку к морю. Правда, отдыхать с ней было тяжело. Она во всем меня поучала и старалась проявить свое превосходство.

Странное дело, одевалась Настасья в дорогих магазинах, но я только теперь поняла, что Ларины невероятные наряды выглядели гораздо более стильно, чем Настасьины «от кутюр». Может, это происходило потому, что Лара в свою одежду вписывалась органично, а Настасье ее фирменная одежда шла «как корове седло».

Тогда в нашу поездку к морю произошло странное событие. Настасья убедила меня съездить в аквапарк. Сначала я отказывалась, но потом согласилась. Там было много народу, но мне все равно понравилось. И вот, когда мы уже собирались уходить, я вдруг увидела человека. Несколько минут я стояла замерев. Он прошел мимо, и я крикнула ему в спину: «Владилен!». Его спина вздрогнула, как мне показалось, но человек не обернулся. Я кинулась за ним, расталкивая прохожих, но он растворился в толпе также внезапно, как и возник из нее. Потом долго я не могла прийти в себя.

— Тебе показалось, – убеждала меня Настасья. – Просто похожий человек оказался.

— Да я же своими глазами видела, – плакала я.

— Что ты видела? – возражала Настасья. – Что прошел мимо человек, похожий на твоего пропавшего мужа. Вот и все.

«Владилена убили», – услышала я вдруг в голове голос Толика, – «Я сам слышал, как ему вынесли приговор…»

Короче, отдых у нас с Настасьей не получился. Потом, по приезду, я поняла, как от нее устала, и стала ее избегать.

Руслан же все чаще говорил мне о том, что так больше продолжаться не может, что эти отношения его разрушают и нужно завязывать. Я понимала, что он прав, как понимала и то, что до тех пор, пока они вместе работают, ничего не получится. Об этом я сказала Руслану. Он задумался на несколько дней, а однажды вечером позвонил мне по телефону и сказал, что нашел другую работу. Я была за него рада.

Пробовала поговорить с Настасьей начистоту, но она меня обрывала довольно грубо, и ничего не хотела слышать. После третьего такого разговора она мне сказала: