Книга «Аленка» шоколадка, страница 91 – Мила Романова

— Понимаешь, Камила, мы как лошадки в цирке, бегаем по кругу из года в год. И так от рождения и до смерти. Мы не хотим думать, что где-то есть чистое поле, синее небо и зеленая трава. Для нас весь мир – это купол цирка и освещенная огнями арена. Только единицы находят в себе силы разорвать этот круг и сбежать в неизвестность. Ведь в каждом из нас живет страх. Страх перед неизвестностью. Никто не знает, что ждет там, на свободе, радость или смерть. Но только тот, кто сможет убежать с арены цирка, может по настоящему стать победителем. Я, после смерти мамы, много думала о своей жизни, и решила, что пора убегать из цирка…

У Ольги не было семьи, она жила вместе с мамой. Потом мама умерла, и она осталась одна. А потом она позвонила мне и приехала.

— А может приезд сюда – это не побег на лужайку, а просто смена одного цирка на другой? – спрашивала я.

— Может, – отвечала Ольга.

— И что же ты будешь делать, когда поймешь это? – продолжала я.

— Уеду жить на крайний север в какое-нибудь ненецкое поселение, – парировала Ольга, переводя разговор в шутку.

— Зачем? – искренне удивлялась я. – Оленям не нужны психотерапевты.

Еще за одно я была благодарна Ольге: она помогла мне восстановить мои отношения с мамой. Дело в том, что мама с самого начала относилась скептически к моей поездке на Алтай, и не верила, что это затянется надолго. Потом, когда она поняла, что жить в родной город я больше не вернусь, она начала сердиться и упрекать меня в том, что я уделяю ей слишком мало внимания. А после того, как в моей жизни появилась Кристя, она и вовсе обиделась, мол, чужих детей собираешь, а родную мать забыла.

Я звонила, приезжала, уговаривала поехать со мной. Пока Филя учился в университете, он ее частенько навещал, может быть, поэтому она категорично отказывала мне. Но потом, когда Филя уехал работать в Москву, ей стало грустно, и она начала болеть. Однако на мои уговоры приехать в центр, категорически отказывалась.

Я не знала, что мне делать. Сердце разрывалась на части, я волновалась: как она там?

Когда я в очередной раз собралась в поездку, чтобы ее проведать, Ольга засобиралась со мной.

— Почему ты хочешь со мной ехать? – задавала я ей вопрос.

— Просто хочу побывать в родном городе, – уклончиво отвечала Ольга.

И мы полетели вместе. Удивительно, но в этот раз мама собралась быстро и без споров. Она была весела и совсем на меня не сердилась. Я была этому очень рада. Наконец-то, мама будет рядом со мной.

Однако, квартиру мы продавать не стали. «Мало ли…», – говорила мама загадочно.

На обратном пути, в самолете, когда мама уснула, я наклонилась к Ольге и тихо спросила: «Что ты ей такого сказала, что она сразу согласилась?».

Ольга тихонько засмеялась: «Я сказала, что у меня на примете есть для тебя один жених. Нужно, чтоб она приехала и помогла мне отдать тебя замуж. Одна я с тобой не справлюсь, так и останешься одна-одинешенька…».

— Ах, ты хитрюга, – я засмеялась, – а кого ты имела ввиду?

— Когда? – не поняла Ольга.

— Ну, в смысле жениха, – замялась я.

Ольга засмеялась и сказала:

— Будем искать. Вдвоем с твоей мамой мы тебя точно замуж отдадим. Пора тебе уже!

Я вздохнула и откинулась на сиденье.

Прошел еще год. Я по-прежнему жила и работала в Алтайском центре. И Сергей Иванович, и Лара, и Вовчик, и Ольга. Правда, не было больше с нами Валентины. Она тихонько и внезапно умерла пол года назад. Мы все переживали ее уход, особенно Сергей Иванович. Но жизнь есть жизнь, и она имеет свойство продолжаться.