Книга Ненужная вторая жена Изумрудного дракона, страница 142 – Ангелина Сантос

— Лиара! — крикнул Рейнар.

Я уже бежала.

Не к Даррену.

К Сердцу.

Метка на запястье горела, но теперь боль была другой. Не зов. Не приказ. Предупреждение.

Даррен поднял нож и полоснул по своей ладони.

Кровь упала на камень перед Сердцем.

Ничего не произошло.

Он ударил снова — глубже.

— Откройся, — прошептал он. — Я принёс вам страх. Два года. Десять лет. Всю эту жалкую семейную гниль. Откройся.

Сердце вспыхнуло.

Но не приняло кровь.

Даррен побледнел.

— Нет.

Я остановилась напротив него.

Между нами билось Сердце.

— Оно не хочет тебя.

— Сердце не хочет, — повторил он почти насмешливо. — Сердце берёт то, что сильнее.

— Нет. Оно берёт то, что связано.

— Связь можно перенести.

Он бросился ко мне.

Рейнар успел бы.

Наверное.

Но между нами вдруг встал другой.

Арен.

Худой, слабый, едва освободившийся от стеклянного плена, он шагнул передо мной и поднял руки. Дарренов нож вошёл ему в плечо. Не в сердце. Но глубоко.

Ларс закричал.

Арен сжал пальцы на запястье Даррена.

— Я не Тави, — сказал он.

Даррен попытался вырваться.

Не смог.

Из раны Арена хлынул не только кровь — зелёный свет, стеклянная пыль, память о той ночи. Сердце зазвенело. Стены пещеры вспыхнули образами.

Все увидели.

Элиана у дерева.

Тави за кадками.

Даррен, держащий ребёнка за руку.

Удар подсвечника.

Ларс у двери.

Арен, бегущий к мальчику.

Рейнар, бросающийся в ложный огонь.

Даррен, хватающий сестру.

Брошь, вспыхивающая на груди Элианы.

Письма.

Соль.

Страх.

Поверенный Эдрик упал на колени, но продолжал смотреть, бледный как бумага.

— Свидетельство принято, — прошептал он сам себе. — Боги… свидетельство принято.

Даррен закричал.

Не от боли.

От того, что тайна больше не принадлежала ему.

Рейнар схватил его за плечо и отшвырнул от Арена. Даррен ударился о камень у края моста, но тут же поднялся, уже без прежней гладкости. Волосы растрепались, рукав пропитался кровью, лицо исказилось.

— Вы думаете, выиграли? — прошипел он. — Сердце всё равно треснуто. Совет всё равно придёт. Ваш дом слаб. Ваш брак сомнителен. Ваша хозяйка связана с больным древним огнём, который рано или поздно съест её изнутри.

Он посмотрел на меня.

— Ты не спасёшь их всех, Лиара. Они будут брать, пока от тебя ничего не останется.

Рейнар сделал шаг, но я остановила его.

— Нет.

— Лиара.

— Он не тебе.

Я подошла ближе к Даррену.

Не вплотную.

Достаточно, чтобы он видел моё лицо.

— Ты прав в одном, — сказала я. — Я не спасу всех.

Он усмехнулся.

— Наконец-то.

— И не должна. Вот в этом ты ошибся. Ты всю жизнь искал людей, которых можно заставить отвечать за чужую пустоту. Элиану. Кайра. Нерис. Арена. Тави. Меня. Ты думал, если человек хочет быть нужным, его можно держать на поводке.

Сердце билось ровно.

Рейнар стоял рядом. Не закрывая меня собой. Просто рядом.

— Я хочу быть нужной, — сказала я. — Но не тебе. Не страху. Не дому, который не даст ничего взамен. Я хозяйка не потому, что буду сгорать за всех. А потому, что скажу этому дому, когда хватит.

Даррен смотрел на меня с ненавистью.

Настоящей.

Наконец-то честной.

— Грейнхольм, — сказала я.

Пещера ответила тишиной.

— Ты слышишь?

Свет Сердца дрогнул.

Метка на запястье стала тёплой. Рейнар взял меня за руку. Его метка ответила моей.

— Мы не будем кормить тебя страхом, — сказала я. — Не будем отдавать тебе детей, женщин, мёртвых, молчание, вину. Хватит.