Книга Осинка. Чужая сила, страница 36 – Саша Арсланова

— Ну, здравствуй, девка, – не спуская с меня нахального взгляда, сказал мужчина. – Еле дождался, пока этот пес уберется.

Поискав глазами волка, я его действительно не увидела. Может, побежал в лес охотиться? Не знал ведь Грегг, что в доме кладовая с припасами.

— Давай, иди ко мне, – продолжал красавец, ничуть не сомневаясь в том, что я сразу к нему побегу. – Я тороплюсь, да и защитничек твой скоро явится.

Низкий вибрирующий голос будил во мне странные чувства. Подбежать к нему, прильнуть к широкой груди, голову на плечо склонить. Только другая часть меня все пыталась понять, с чего вдруг вздумалось с незнакомцем обниматься, пусть и таким красивым.

И пока я сама с собой препиралась, то уговаривая себя решиться, то называя дурой, черноглазый нахмурился:

— Неужели есть дар? Эй, девка, тебя хоть как зовут-то? – и опять обворожительно улыбнулся, а я отчетливо увидела, как с его рук срывались в мою сторону синие плети, но, не долетая, бились в ствол дуба и опадали.

На этом та часть меня, которая мечтала об объятиях, мгновенно испарилась. А следом и я целиком решила, что смотреть здесь мне особо не на что, сделала шаг назад и захлопнула дверь, мельком увидев недоуменно-обиженное выражение на лице парня. Похихикала за дверью и выглянула в окно, но на поляне перед деревом уже никого не было. Только из леса, принюхиваясь и грозно вздыбив холку, выходил огромный черный волк. Двумя мощными прыжками он добрался до двери и поскребся.

— Грегг, тут какой-то щегол заходил, – пожаловалась я, открывая волку дверь и впуская его внутрь.

— Щегол? – засмеялся-захрипел волк. – Обязательно ему расскажу, когда увижу. Вот удар по самолюбию-то будет! А я бежал к дому, думая, что уже опоздал. Что ушла ты с ним.

Волк уже совсем уверенно разговаривал, только иногда клокотало что-то в глотке, будто вырвется сейчас рычание вместо человеческой речи. Пока он осматривал дом, я быстро достала из кладовой копченый окорок, солененькие огурчики да капусту квашеную. Еще бы краюху хлеба ржаного, да негде его было раздобыть. Я бы сама испекла, но печь еще не топлена, да и тесто вымесить – тоже время нужно. Оставила это на потом. Воду нашла в купальной комнате, в полу обнаружился самый настоящий колодец. Что ж, это Форр хорошо придумал.

— Что ты знаешь про древних богов? – спросил у меня Грегг, когда я села за стол. Волк устроился на полу, обгладывая окорок.

— В старые времена они пошли войной на наши земли, – жуя, ответила я, – а с ними и Эйр. Тогда Прародители защитили нас, прогнали их насовсем… Ну, или Веро прогнала. Тут сказки у всех разные. Говорят, война та самая кровавая была. Много невинных людей полегло, – и я вздохнула, точь-в-точь как бабка Добролика, которая и рассказывала нам эти басни холодными зимними вечерами, когда дел по хозяйству уже не оставалось. А детвора облепляла старую женщину со всех сторон, уводя ее к теплой печке, усаживая на лавку, где загодя была подстелена мягкая перинка, требуя наперебой историю, да пострашнее.

— Так, да не так… – протянул Грегг задумчиво. – Что ж, теперь моя очередь сказку сказывать, раз ее герои уже и до тебя добрались.

Я села поудобнее, щеку рукой подперла и приготовилась слушать.

— Про Эйра сейчас много чего говорят на этом берегу Ключиницы, да только до правды там далеко, – начал волк. – Он был… другим. Не похожим ни на братьев своих божественных, ни на людей, его окружавших. И последователи его были особенные: сильные духом, смелые, верные. Никогда мне еще не доводилось видеть такого единения среди людей. Видно, каков был Эйр, таковы были и его ученики. Вместе они основали Элию в Туманных горах. И страна процветала с таким правителем. Только Эйру это быстро наскучило, и поставил он у власти своего лучшего ученика – Рунольва. Тогда же стали говорить – Рунольва Смелого.