Книга Повесть о граффах, страница 201 – Даша Клубук

Вокруг было темно, как в безлунную ночь. Какое-то время Ирвелин провела на корточках, прислушиваясь только к биению собственного сердца – в самой библиотеке стало необычайно тихо.

Где Август и Филипп? Почему она не слышит их?

Из-за неудобного положения ее ноги вскоре начали отекать, и Ирвелин выпрямилась. Бам! Макушка ударилась обо что-то твердое. Из глаз посыпались искры, а колени подкосило. Ухватившись руками за стену, она медленно сползла вниз. В ушах звенело как в колокольне, череп будто расплющили…

Едва придя в себя, Ирвелин подняла руки и на ощупь проверила пространство над своей головой. Над ней висела толстая металлическая дверца. Судя по всему, она была распахнута.

Звонкий вскрик полоснул воздух. Ирвелин, чуть не ударившись о дверцу во второй раз, зажмурилась. Крик принадлежал Мире.

Тут же позабыв о дверце, Ирвелин ползком добралась до ближайшего прохода и выглянула из-за угла. В передней части библиотеки, где пространство освещали блеклые фонари, стоял Тигр. Он вплотную подошел к баррикаде из мебели и навыком штурвала отодвигал ее от двери. Ирвелин не могла отвести от него перепуганных глаз. Еще каких-то пара секунд, и вход был расчищен, дверь открылась, и через дверной проем переступил графф из коридора.

Его стоявшие торчком светлые волосы показались Ирвелин знакомыми. Ей уже приходилось встречать этого граффа, но она была слишком далеко, чтобы разглядеть незнакомца получше. Шанс представился ей, когда граффы, перекинувшись словами, разошлись, а незнакомец неспешной походкой подошел вплотную к лесу. Его силуэт стал четче, облако света упало на его лицо, но у Ирвелин никак не получалось вспомнить, кто он.

Незнакомец обвел библиотеку придирчивым взглядом. Потом вскинул руки, завертел ими, как художник водил бы кистью по холсту, будь у него по кисти в каждой руке. Сначала на уровне ощущений, а вскоре и с помощью зрения Ирвелин поняла, что вокруг нее светало. Точным намерением иллюзиониста безлунная ночь в библиотеке подходила к концу.

Ирвелин нырнула обратно и скрылась за стеллажом. Постепенно, ряд за рядом, в иллюзорном лесу стало светло как днем. Корешки книг, толстые стволы бука, листочки на ветвях-иллюзиях: теперь Ирвелин видела их все. Чтобы привыкнуть к резкой смене освещения, она беспрерывно заморгала. Устремив глаза кверху, Ирвелин увидела ставни мансардного потолка, ранее скрывавшиеся в темноте. За ним, снаружи, продолжала чернеть ночь. Вдруг слева что-то кротко блеснуло, и Ирвелин повернулась.

Это был сейф из грубого металла, какие стоят в банках и сокровищницах Банковского переулка. Одна верхняя дверца была распахнута, о нее Ирвелин и ударилась пятью минутами ранее. На сейфе стоял ржавый замок, а дуга замка была отвернута. Вскочив, Ирвелин кинулась обратно к сейфу и, схватившись за открытую дверцу, с горящими от волнения глазами заглянула в ящик.

Ящик оказался пуст. Лишь одинокий клочок коричневой бумаги лежал в самом углу.

Сомнениями Ирвелин не терзалась. Белый аурум был спрятан именно здесь, на задворках иллюзорного леса, под охраной ржавого замка и темноты. И кто-то уже вынул его отсюда, опередив ее.

Мира!

Ну как она, Ирвелин, посмела отвлечься!

Отражатель ринулась к противоположной части библиотеки, туда, где должна была быть Мира. Бежать тихо не получалось, и Ирвелин перестала осторожничать. Один проход, второй, третий. Ряды, деревья, стеллажи.