Книга Повесть о граффах, страница 80 – Даша Клубук

— Флоа, знакомьтесь, это Ирвелин Баулин – с недавнего времени моя добрая соседка, – сказал Филипп.

— О, приятно познакомиться, – пропела Флоа. По сменившемуся выражению ее лица легко читалось удовлетворение от слов Филиппа: добрая соседка, что может быть безобиднее? А вот Ирвелин почувствовала себя толстой вахтершей. – Меня зовут Флоа, мы с господином Кроунроулом… м-м-м… коллеги.

— Да, мы с вами виделись в Мартовском дворце, на Дне Ола, – сказала Ирвелин.

— Неужели? Знаете, у меня кошмарная память на лица, просто отвратительная, – призналась Флоа и, резко потеряв к Ирвелин всяческий интерес, что выглядело весьма грубо, обратилась к Филиппу. – Мне пора, хочу успеть на распродажу в галантерею на Скользком.

— Значит, вы тоже не знаете, кем работает Филипп?

Ирвелин задала этот вопрос, повинуясь внезапному инстинкту. Оба граффа уставились на нее с застывшими выражениями, после чего Флоа разошлась в жеманном смехе.

— А вы нахалка, – пропела она сквозь смех. – Что ж, у нас с вами больше общего, чем могло показаться на первый взгляд.

Филипп тоже попытался изобразить улыбку, но то ли под действием ситуации, то ли под грузом сломанного носа его улыбка больше напоминала оскал. Флоа потуже затянула пояс на своем длинном пальто, тряхнула волосами и в последний раз обратилась к Ирвелин:

— Я оставлю ваш смелый вопрос без ответа, договорились? Если, конечно, вы не телепат и уже не прочитали мои мысли без моего ведома. – Потом она перевела взгляд на Филиппа, отчего ее лицо тут же смягчилось: – Благодарю вас, Филипп, за иллюстрированную карту. Уверена, она мне пригодится. До скорой встречи!

Помахав одними пальцами, каждый из которых был длиною с карандаш, Флоа начала спускаться по винтовой лестнице. Цокот ее каблуков почти полностью заглушался ковром. Под этот едва различимый шорох Ирвелин и Филипп простояли в молчании десяток долгих секунд, а когда наступила тишина, и стоять молча сделалось попросту невыносимо, Филипп отозвался шепотом:

— Как ты поняла, что Флоа не знает, кем я работаю? Она ведь сказала, что мы коллеги.

Ирвелин посмотрела в его прищуренные глаза.

— Слово «коллеги» обычно не произносят с такой пылкой гордостью.

Филипп улыбнулся, и на этот раз искренне. Продолжая на него смотреть, Ирвелин в который раз отметила, что Филиппа Кроунроула нельзя было назвать красавцем. Его резкие черты лица плохо гармонировали друг с другом, каждая из них будто жила сама по себе, не обращая внимания на то, как там устроились соседи. Искривленный нос картину лишь усугублял, добавляя молодому лицу жесткости. Хорошо, что в арсенале иллюзиониста были чуткое обаяние и яркая синева глаз, иначе Ирвелин его бы попросту побаивалась.

— Я искала Августа, – выпалила она, обнаружив очередную паузу.

— Августа? – удивился Филипп. – Вы же с ним должны были отправиться в лавку к Олли Плунецки.

— Мы были там, – кивнула она. – А после…

— Давай поговорим внутри, – перебил ее Филипп, ухватившись за ручку двери. – Говорят, господину Сколоводалю подарили слуховой аппарат.

Вслед за Филиппом Ирвелин вошла в спокойный полумрак длинного коридора. Впереди виднелся след рассеянного света – дверь в библиотеку была открыта. Граффы направились именно туда. Когда Ирвелин оказалась на опушке иллюзорного леса, где вместо травы поскрипывал паркет, она рассказала Филиппу о своем знакомстве с кукловодом Олли.