Книга Левитанты, страница 94 – Даша Клубук

— Да, поверил. Точнее… я хотел ей поверить.

— Вернуть отцу право на возвращение может лишь действующий король, при условии, если его решение поддержит большинство советников, – проговорила Ирвелин бесстрастным голосом, от которого Августу стало не по себе.

— Правильно, – ответил он, кивая, хотя про участие советников он слышал впервые. – А Ограта – дочь короля, вдобавок она будущая королева, и перед тем, как дать ей свое согласие, я не мог этого не учесть.

— И что теперь? – не дослушав, кинула вопросом Ирвелин. Она опять не двигалась. Совершенно. Ее руки застыли на коленях, плечи были напряженны. – Ты выполнил свою часть договора, Постулат свободен. Выполнит ли Ограта свою часть?

— Я не знаю, – с виноватым видом промямлил Август. Потом он обернулся к Филиппу, ожидая, что тот похвалит его за самопожертвование, за смелый и отчаянный поступок, но тот молчал, без конца почесывая свой сломанный нос. Август собрался уже пихнуть его в бок, растормошить, как Ирвелин резко поднялась:

— Мне нужно в уборную.

Ни на кого не глядя, она обошла столик в виде пня и скрылась в коридоре. Август нахмурился. Что он сделал не так?

С этим вопросом он обратился к Филиппу, и тот, оставив свой нос в покое, тихо пояснил:

— Ты дал ей надежду. И тут же эту надежду отнял.

«Какие мы нежные», – рассержено думал Август, когда спустя полчаса спускался по винтовой лестнице. В библиотеку Ирвелин так и не вернулась, что разозлило его. Несмотря на вкрадчивое разъяснение Филиппа, Август не взял в толк, где он поступил не по совести и как его поступок мог ее обидеть. Он ведь помочь ей хотел.

— Женщины! – пробубнил Август себе под нос и, сгорбившись от навалившейся на него несправедливости, скрылся за дверью с бронзовым номером «6».

Яркое солнце приозерного города ослепило Доди. Уже час прошел, как она прибыла в Клекот даром эфемера, но ее глаза, привыкшие к хмурому небу столицы, все еще слезились от каждого прикосновения солнечного луча.

Сейчас Доди стояла в живописной бухте Крапивного озера. С ладонью у лба она глядела на воды болотного цвета и пришвартованные лодки, днища которых царапал золотистый песок. За ее спиной жил своей волнующей жизнью сам Клекот, город на холме, и как только эфемер насытилась красотами чистого голубого неба (что для жителя столицы относилось к подлинным сокровищам), она повернулась и зашагала наверх.

Клекот. Звучащий на французский манер город пленил и завораживал. Высокий холм его выглядел как разноцветная пирамида – все дома здесь были яркими, пестрыми, каждый новый цвет был непохож на другие. Доди шагала по бесконечным ступеням бесконечных красочных улиц. Эфемерам в этом городе приходилось непросто – ступени и лестницы замедляли бег и мешали полноценному выходу ипостаси. «По этой самой причине в Клекоте проживает самая маленькая коммуна эфемеров», – вспомнила сыщица.

В королевстве считалось, что Клекот создан иллюзионистами для иллюзионистов. «На двух столпах приозерный выстроен: искусства и виноделия». Доди проходила мимо картинных галлерей и лавок с кислым вином, мимо писательских мастерских и гончарных. Мольберты с клекотской живописью были выставлены прямо на тесных улицах, и Доди не смогла ущемить себя в удовольствии и не постоять рядом. Подлинные экземпляры стояли вперемешку с иллюзорными, которые приобретались граффами для временного пользования – на выставки, которые проводились на клекотских площадях каждые выходные.