Книга Куй Дракона, пока горячий, или Новый год в Академии Магии, страница 40 – Татьяна Михаль

— Что такое этот ваш «сенхес»?

Дракон медленно гладит свою бороду и с удовольствием отвечает:

— Сенхес – это наказание, Снежана Михайловна. Не исполните условия по договору, и будете наказаны. Будете обязаны отработать у меня целый местный год. Без оплаты труда. И ваша награда в сто золотых, конечно же, сгорает. После отработки вы вернётесь не в тот день, час и минуту, когда я вас забрал, а уже по факту.

Если бы я не сидела, то точно бы упала.

Что за ерунда? Таких условий не бывает!

Внутри меня рождается буря гнева.

Раздуваю ноздри, открываю уже рот, чтобы выразить все свои возмущения, но ректор добивает меня:

— Предвосхищая ваши вопросы и возмущения, сразу говорю, в случае нарушения договора с вашей стороны, вы не сможете вернуться в свой мир, пока не отработаете срок наказания. И это не моя прихоть, Снежана Михайловна. Как я уже говорил, договор между нами уже заключён, он магический. Даже если я сильно захочу вас вернуть, то не смогу этого сделать. Никто не сможет.

Он стучит пальцем по документу и добавляет:

— Вот это по факту формальность. Чисто, чтобы вам спокойнее жилось и работалось в академии. Поэтому в ваших же интересах исполнить свои обязательства в должном объёме и точно в срок. Вы же профессионал, верно? И не станете вредить себе.

И улыбается. Победно так.

А я хочу вскочить и заорать, и волосы повыдирать. У ректора, конечно.

— Меня не устраивает этот пункт, — мой голос вибрирует от гнева.

— Убрать этот пункт, значит, не информировать вас должным образом. Повторяю, договор уже заключён. Изменить или убрать этот пункт нельзя. Просто сделайте свою работу, и всё будет прекрасно.

Он проводит рукой над договором. По документам пробегает самое настоящее пламя и тут же исчезает.

Красиво, эффектно, но такими фокусами меня не сильно-то и удивить.

— Всё исправлено. Перечитайте и подпишите, — резюмирует он.

Нехотя беру договор и перечитываю. Внимательно.

К моему удивлению, ректор, правда, исправил все пункты, что я просила, и даже добавил пункт с личным кабинетом.

Что ж, когда мужчина держит слово – это всегда подкупает. Но это пункт про наказание на меня морально давит.

И как работать, когда знаешь, что в случае провала ты на год станешь рабыней?

Класс. Вляпалась по самые уши.

Ставлю свою подпись, она тут же вспыхивает золотом. Миг и на бумаге просто чернила.

— Вы меня насильно выдернули, — говорю недовольно. — И договор ваш идиотский, эрхалл. Вы мне ещё доплатить должны будете…

— Не нужно волноваться и переживать, — пытается он меня приободрить, — всё у вас получиться. В качестве утешения, могу сделать вам небольшой подарок.

Сквозь стиснутые зубы замечаю:

— Что-то сомневаюсь, что ваш подарок меня обрадует.

Ректор пропускает моё замечание мимо ушей и произносит:

— Составьте список личных вещей, без которых вам плохо и я их вам переправлю. Прямо из вашего дома к вам лично в руки.

Я киваю и безрадостно произношу:

— Составлю.

Он хмыкает и вдруг достаёт из ящика стола большой хрустальный шар на плоской и тонкой подставке. Шар примерно сантиметров тридцать в диаметре.

Он чисто белый с прожилками, будто из мрамора.

Мужчина проводит по нему ладонью и громко, чётко, в приказном порядке произносит:

— Внимание! Всем адептам, преподавателям и административной части академии после звонка явиться в актовый зал! Кто не явится, будет наказан!