Книга Куй Дракона, пока горячий, или Новый год в Академии Магии, страница 41 – Татьяна Михаль

Он повторяет свои слова три раза.

Это местная система связи что ли?

Но я не спешу спрашивать. Я сижу, набычившись и мысленно проклинаю этого гада.

Гад поднимается с места со словами:

— А теперь идёмте, посмотрите зал, где будет проходить мероприятие, и познакомитесь со всеми: с адептами и всем преподавательским составом академии.

Поднимаюсь следом и беру накидку.

Теперь я понимаю, почему помощник ректора такой дёрганный.

Отрабатывает, наверное?

Или просто его этот гад затюкал?

В любом случае меня ждут очень насыщенные полтора месяца.

Я не хочу остаться тут на год, да ещё и без награды.

Хренушки, драконище, я закачу тебе такой праздник, что все тут упадёте.

* * *

— СНЕЖАНА —

Актовый зал больше похож на кошмарный сон режиссёра фильма ужасов.

А ведь когда-то это был прекрасный актовый зал!

Немалых размеров помещение. Большая сцена и зрительский зал чуть ли не повторяет Большой театр.

Занавес активно пожрала моль. Виднеются и дырки от огня. «Класс».

Возле сцены имеется площадка для танцев и других активностей.

Вдоль стен стоят высокие и монументальные узкие столы, как для фуршета. Только выглядят сейчас они жалко и даже беспомощно.

Зал украшен хрустальными, но очень грязными в застарелой копоти люстрами, различными светильниками.

Тут и облупленная лепнина, ободранные и облитые чем-то жёлто-зелёным колонны.

В нос ударяет резкий запах сырости и затхлости.

Сразу появляется рвотный рефлекс, и плотный завтрак может мне выйти боком. Точнее, наружу.

Закрываю нос и рот рукавом тёплого плаща. Осматриваюсь.

Под ногами хрустит мелкий мусор.

О былом величии этого помещения напоминают лишь старый рояль, у которого беспощадно, и по-морадёрски выдрали несколько клавиш, люстры, светильники, которых не чистили, наверное, с тех самых времён, как установили.

Сиденья для зрителей тоже выглядят не ахти. А если быть откровенной, они в ужасном состоянии.

А ещё здесь очень холодно. Изо рта вырываются облачка пара, когда мрачно говорю:

— Я уже знаю, какой текст напишем на пригласительных, ещё и вывеску сделаем с надписью: «Рады видеть вас на жутко танцевальном новогоднем вечере в жутком актовом зале жуткой академии в жутких костюмах! Бууу!» И черепа пусть летают… Хотя, нет, зачем ж им летать? У вас вон скелеты и зомби спокойно шляются. Будут реквизитом.

— Очень смешно, — фыркает ректор. — Праздник должен быть красивым, а не страшным.

Я поспешно поворачиваюсь к нему и смотрю на невозмутимого мужчину. Хочу врезать ему. Руки так и чешутся.

Нет, нужно взять себя в руки. У меня ведь нет выбора.

— Вы не говорили, что ваш актовый зал – это руины, — шиплю я.

Обнимаю себя за плечи и вздрагиваю от холода. Радостного настроения это мне не придаёт.

— Да Ховринка по сравнению с этим местом просто красавицей была, — добавляю мрачным тоном. — Как здесь можно праздник красивый устроить? Тут капитальный ремонт требуется, а потом всё остальное.

Ректор медленно обводит взглядом зал и совершенно невозмутимо спрашивает:

— И какие у вас есть идеи?

Я перестаю дуть на руки, пытаясь их согреть, и чуть не давлюсь воздухом от его вопроса.

— У меня? Идеи? — переспрашиваю с истеричным смешком. Всплескиваю руками и выпаливаю: — Здесь праздника не будет! По крайней мере, до тех пор, пока вы тут не наведёте порядок! Бросьте на амбразуру своих упырей, пусть очистят зал, покрасят всё, поменяют покрытия…