Книга Я мечтала о пенсии, но Генерал жаждет спарринга, страница 8 – Е. Лань

Она улыбнулась, прикрыв рот рукавом.

Я почувствовала, как внутри закипает холодная ярость. Не моя. Ярость Юн Соры. Этой девочке годами внушали, что она ничтожество.

Но теперь здесь я. Пэк Му-Ран. И я не терплю, когда новобранцы открывают рот без разрешения.

Я медленно села в ванной. Вода с шумом стекла с моих плеч. Я посмотрела прямо в глаза сводной сестре.

В этот момент я, забывшись, слегка высвободила свою ауру. Жажду убийства (Сакки), накопленную за тридцать лет резни. Совсем чуть-чуть. Каплю.

В комнате резко похолодало, пар над ванной перестал клубиться.

Хва-Ён побледнела. Она отшатнулась, словно увидела за моим плечом призрака с окровавленным мечом. Её ноги подогнулись, и она ухватилась за руку матери.

— Я не пыталась привлечь его внимание, — сказала я тихо. — Я просто поскользнулась. Но знаешь, Хва-Ён... Если Генерал расторгнет помолвку, отец найдет мне другого жениха. А если не найдет... я останусь здесь. Навсегда. В этом доме. С тобой. И буду каждое утро проверять твой чай на наличие... сюрпризов.

Хва-Ён пискнула. Мачеха напряглась, её улыбка стала похожа на оскал.

— Ты угрожаешь сестре? После того, что ты сделала с Леди Ли?

— Я? Угрожаю? — я невинно похлопала ресницами, убирая ауру. Атмосфера мгновенно разрядилась, вернулось тепло. — Ну что вы. Я просто забочусь о её здоровье. Чай бывает таким... непредсказуемым. А теперь, прошу меня простить. Вода остывает, а мне нужен покой. Вон.

Последнее слово я произнесла шепотом, но оно прозвучало как приказ генерала армии перед атакой.

Госпожа Чо открыла рот, чтобы что-то сказать, но, встретившись с моим пустым, ленивым взглядом, передумала. В этом взгляде не было привычной истерики, за которую можно было зацепиться. Там была стена.

— Пойдем, Хва-Ён, — процедила она. — Твоей сестре нужно лечить голову. Надеюсь, лекарь придет скоро.

Они вышли, громко шурша юбками.

Я выдохнула и снова сползла под воду.

«Победа, — подумала я. — Первая стычка выиграна без единого удара. Психологическая война — это тоже искусство».

************************

Следующие три дня прошли в блаженном ничегонеделании. Я объявила, что больна, и не выходила из комнаты. Служанки приносили мне еду, много еды: сладкие рисовые пирожки тток, куриный суп с женьшенем, медовые груши, и я ела, лежа в постели.

Это было великолепно. Мое тело наполнялось силой. Не физической — мышцы все еще были как у медузы, а жизненной. Я чувствовала, как вкусная еда и долгий сон восстанавливают потоки энергии.

Но покой не мог длиться вечно.

На четвертый день принесли свадебные наряды.

Помолвка была подтверждена. Генерал Чон не отказался. Напротив, он прислал дары: шкатулки с жемчугом, шелка из южных провинций и... меч.

Да, он прислал мне короткий церемониальный меч в ножнах, украшенных перламутром.

Отец был в ярости от такого подарка. «Это дурной знак! Он намекает на смерть!», кричал он, но я была в восторге. Я тайком доставала меч, когда никого не было, и просто держала его в руках. Баланс был смещен к рукояти, сталь была средней паршивости, но это был меч. Мой старый друг.

— Госпожа, пора примерять свадебный ханбок, — голос швеи вырвал меня из грез.

Я стояла посреди комнаты, раскинув руки, пока вокруг меня ползали три портнихи.

— Туже! — командовала главная швея. — Талия должна быть как стебель бамбука!