Книга Сердца перевёртышей, страница 15 – Джайлаа Вест

— Клочки и кусочки пробиваются сквозь туман. Большинство вещей — это не воспоминания, просто то, что я знаю, но не знаю, откуда я это знаю. Например, что меня никогда не называли милым или что я мог бы легко ранить какого-то парня, хотя он весит больше меня.

— Что еще?

— Я могу водить машину. У меня есть машина, а моя работа носит разъездной характер, — потираю виски, когда за ними нарастает давление. — У меня есть партнер... Без имени, просто партнер — семья.

Она быстро переводит дыхание, и мой взгляд устремляется на нее. Теперь это меня беспокоит. Она выдыхает дрожащий вопрос.

— Жена и дети?

— Нет. Каждый раз, когда ты это говоришь, мой кот отвечает: «Нет». И я не чувствую этого. Думаю, я бы почувствовал нечто подобное. В голове проносится дом, моя мама. Она привыкла, что меня нет, но, когда я долго не появляюсь, она волнуется.

— Имя, номер телефона?

— Нет, только чувство, что она будет волноваться. Как будто она говорила мне об этом несколько раз. Заботиться о себе и не забывать звонить. Она будет счастлива узнать, что я нашел свою половинку.

— Дай-ка я попробую, — она выводит пальцами круги на моих висках. Прикосновение успокаивает, это не объяснимо. Словно ребенок, только что вышедший из утробы, впервые нашедший свою мать. Обретение дома.

— Есть какие-нибудь воспоминания о том, почему ты бродил ночью по лесу?

Я отстраняюсь, злясь на своего кота за это дерьмо, но мне все равно, я должен смотреть ей в глаза.

— Марш просил меня допросить? Ты использовала парную связь, чтобы выкачать из меня информацию? Сегодня утром ты была так зла и расстроена из-за всего и тут же вечером хочешь поговорить.

Эти прекрасные темные глаза, которые я уже люблю, отводятся в сторону, что мне совсем не нравится. Черт бы его побрал. Она прикусывает губу, и я отстраняюсь. Я пересел к изголовью, наблюдая, как ей неловко.

— Он ведь поговорил с тобой, не так ли?

— Да, мы поговорили. Он спросил меня, есть ли у тебя какие-нибудь новости или можешь ли что-нибудь вспомнить. Я сказала ему, что спрошу...

— Используя парную связь, чтобы шпионить за мной. И также ты использовала свои маленькие эмпатические трюки?

У Джессики прекрасная мягкая коричневая кожа цвета верблюжьей шерсти. Меня убивает, когда она белеет. Весь цвет исчез с лица, а затем вернулся в ярости красным.

— Вот почему я не хочу иметь пару-перевертыша. Перевертыши ненавидят эмпатов. Ты не можешь не заметить этого. Это не первый промах.

— Ненавижу, когда мной манипулируют. И для кого ты меня обрабатываешь? Для этого тупого медведя-шерифа, у которого даже не хватает чертовых детективных навыков, чтобы понять, что на меня напали со спины? На лице ни царапины. Кто бы ни причинил девушке вред, я тоже поплатился. И теперь он посылает тебя сюда, чтобы ты сделала его чертову работу.

— Все было не так. Маршалл — друг.

— Не сомневаюсь.

— Хороший друг...

— Следи за тем, что говоришь, пара. Ни один перевертыш не захочет услышать, что у его истинной есть некий хороший друг. Не-а, это никогда не заканчивается хорошо.

— Ты ему угрожаешь?

— Нет. Не угрожаю. Но я не крадусь за женщинами. Если я собираюсь напасть на кого-то, то приближаюсь к нему лицом, прежде чем размозжить. Я не детектив, но то, что он послал тебя сюда, а не пришел сам, похоже на то, как поступил бы медведь, подкравшийся к кому-то сзади.