Книга Злодейка поневоле. Хозяйка заброшенной крепости, страница 14 – Адриана Вайс

Я пытаюсь обойти мужчину, сделать шаг в сторону ворот, но меня тут же ловят две пары цепких рук. Хватка у них мертвая.

— Пусти! — вырывается у меня.

Но меня никто не слушает.

С издевкой, наслаждаясь моим бессилием, меня снова швыряют в грязь. Тот самый бородач, не теряя времени, наваливается сверху, придавливая меня своим весом к холодной земле. Его чесночное дыхание опаляет щеку.

— Вот так-то лучше, — рычит он, и его тяжелая, мозолистая рука ложится мне на бедро, с силой сжимая его сквозь мокрую ткань и от этого прикосновения по телу пробегает волна омерзения и ужаса.

Именно в этот момент я слышу его — звук, который добивает последнюю надежду.

Резкий щелчок кнута и тяжелый скрип колес.

Карета герцога трогается с места.

Герцог Риардан уехал, оставив свою жену здесь, в этом месте, в этой отвратительной ситуации.

Паника и бессилие сливаются в один убийственный коктейль. Я беспомощно колочу кулаками по спине бородача, но ему все равно.

И тут в голове, словно вспышка молнии, проносится запоздалая мысль.

Магия!

Книжная Хелена обладала магией! Темной, разрушительной магией!

Я бы с таким удовольствием сейчас жахнула по этому уроду хорошим таким разрядом! Вот только…

Как эта магия включается?!

Я отчаянно пытаюсь что-то сделать. Напрягаю все мышцы, концентрируюсь на образе этого урода, отчаянно бормоча что-то вроде: «Абракадабра!», «Сим-салабим!», «Да чтоб тебя молнией шарахнуло!».

Я представляю, как из моих рук вырывается огонь, лед, кислота — да что угодно! — но ничего не происходит. Только его грязная рука ползет выше по моему бедру, а его лицо приближается к моему.

Моя беспомощность только раззадоривает бородача.

— Че ты там бормочешь, стерва? — рычит он. Его рука с моего бедра перемещается выше, к вырезу платья. — Молитвы читаешь? Поздно.

Его слова тонут в оглушительном треске рвущейся ткани.

Он дергает за ворот моего платья, и тонкий шелк расползается, обнажая плечо и клеймо, оставленное герцогом.

Этот звук. Это унижение. Этот животный страх, смешанный с бессильной яростью, становится последней каплей.

Весь мой ужас, все отчаяние сходятся в одной точке, в одной беззвучной мольбе о спасении.

И что-то откликается.

Наружу вырывается что-то темное, концентрированное. Это нечто сопровождается глухим хлопком, будто лопнул гигантский воздушный шар.

Невидимая волна силы отбрасывает от меня бородатого мерзавца, словно тряпичную куклу.

Он отлетает на пару метров и грузно шлепается в грязь, ошарашенно мотая головой.

Наступает звенящая тишина.

Толпа, до этого гоготавшая и улюлюкавшая, замирает, испуганно глядя то на меня, то на поверженного мужика.

Я сама сижу в грязи, тяжело дыша и ничего не понимая. Что это было? Неужели… магия сработала?

В этой внезапной тишине я слышу новый звук. Четкий, размеренный лязг металла о камни и тяжелые, уверенные шаги. А потом, на меня обрушивается чей-то громкий, раздраженный голос.

— Кто это смеет здесь разбрасываться магией направо и налево?! Ты… — обладатель этого недовольного голоса на секунд убудто цепенеет, а потом в нем прорезаются стальные, яростные нотки, — Хелена… какого дьявола ты здесь забыла?! А, самое главное, назови мне хотя бы одну причину, по которой я не должен прямо сейчас отдать тебя на растерзание этому сброду?