Книга Злодейка поневоле. Хозяйка заброшенной крепости, страница 2 – Адриана Вайс

«Нет, этого просто не может быть!» — стучит в висках одна-единственная мысль.

Это наверняка какой-то кошмар.

Скорее всего, я сейчас лежу в больничной палате, вся в датчиках, а мозг, отравленный дымом, подсовывает мне этот средневековый триллер. Сейчас я зажмурюсь, досчитаю до трех, и надо мной склонится лицо уставшей медсестры.

Раз… два…

Боль от нового камня, впившегося в ребра, выбивает из легких воздух.

Но почему тогда эта боль такая острая, такая настоящая?!

Я чувствую, как по щеке ползет липкая струйка крови, ощущаю занозы от грубого столба на своей спине и вдыхаю этот омерзительный коктейль из дыма, жженых волос и первобытной ненависти.

В тот самый миг, когда оранжевый язык пламени тянется к подолу платья, рев толпы внезапно захлебывается и стихает.

Огонь, еще секунду назад казавшийся всепоглощающим монстром, вдруг отступает. Он не гаснет, нет, он словно съеживается, поджимает хвост и отползает на пару шагов от эшафота.

Рядом со мной возникает тень.

Высокая, мощная фигура заслоняет меня от толпы. Из-за пляшущих остатков пламени, искр и дыма я не вижу его лица, но чувствую исходящую от него ауру абсолютной, несокрушимой власти.

Одним небрежным движением руки, будто отгоняя назойливую муху, он заставляет пламя сжаться еще сильнее.

Толпа изумленно гудит.

По рядам проносится шепот: «Что это?», «Почему?», «Неужели, сам герцог…»

— Это была бы слишком легкая смерть для такой злодейки, как Хелена, — раздается мощный, уверенный голос, который, кажется, вибрирует в самой моей груди.

Хелена.

Опять это имя.

Они все говорят о какой-то Хелене.

Но почему оно так режет слух, почему вызывает в памяти смутные, тревожные образы, будто из дурного сна?

— Леди Юфимия выжила, — продолжает незнакомец, и в его голосе звенят стальные нотки. — Попытка отравить мою настоящую истинную провалилась. А значит, и наказание меняется.

Юфимия? Он сказал Юфимия?!

О, нет…

Хелена, Юфимия…

Кажется, я начинаю понимать что происходит.

Но в этот момент мужчина оказывается рядом со мной. От него пахнет сандалом, дорогой кожей и холодом. Он быстрым движением перерезает мои путы.

Лишившись опоры, я мешком валюсь вперед — ноги не держат, голова кружится от дыма, жара и боли.

Но я не падаю.

Его рука, стальная и несгибаемая, подхватывает меня за талию, прижимая к себе. Он держит меня так легко, словно я тряпичная кукла, а не сорокалетняя женщина с несколькими лишними килограммами. Его ладонь на моей талии обжигает даже сквозь ткань платья.

— Эй, полегче… — вырывается у меня хрипло.

Но мужчина будто не замечает моего протеста.

— Для начала, — произносит он все так же ровно, не обращая на меня никакого внимания — Хелена будет заклеймена. Чтобы каждый в этом герцогстве знал, кто она на самом деле.

Он держит меня одной рукой, а вторую… вторую его руку внезапно охватывает пламя.

Оно вспыхивает беззвучно.

Просто в какой-то момент яркие, оранжево-алые языки обвивают его пальцы и ладонь. Они не обжигают его кожу, не оставляют следов.

Мужчина смотрит на свою горящую руку совершенно спокойно, будто это самая обычная вещь на свете. Словно он просто зажег дорогую зажигалку.

Я замираю, глядя на это невозможное чудо и внутри меня все обрывается. Страх, до этого бывший просто ледяным комком, превращается в жидкую, всепоглощающую панику.