Книга Злодейка поневоле. Хозяйка заброшенной крепости, страница 85 – Адриана Вайс

Я проваливаюсь в это ощущение, как в пуховую перину. Голова ложится на подушку, и я чувствую запах… чистоты. Запах свежего белья и каких-то трав.

Этот запах, такой простой, такой мирный, становится моим спасением.

Я растворяюсь в этом неожиданном, невозможном островке безопасности.

Я позволяю себе просто отступить, перестать бороться, и мое сознание ускользает в долгожданное забвение.

* * *

Я плыву в темной, вязкой пустоте, на грани сна и яви.

Сознание возвращается ко мне не сразу, а обрывками кошмарных видений.

Вот ночной лес. Тени под деревьями сгущаются, сплетаются в единое, бесформенное существо.

У него нет ни глаз, ни пасти, но я чувствую его голод, его древнюю, первобытную злобу. Оно рождено из тьмы и отчаяния этого места и его цель — я.

Картинка меняется.

Теперь, я вижу себя со стороны. Я лежу на том самом черном, каменном алтаре, который мы нашли с Риарданом. На мне разорванное платье, а холод камня пронизывает тело насквозь.

Снова вспышка.

На этот раз я вижу свадьбу. Яркий свет, смех, музыка. Риардан стоит у арки, увитой белыми розами. Рядом с ним — сияющая Юфимия. Он поворачивается, чтобы поцеловать невесту, но его взгляд вдруг натыкается на меня, стоящую в толпе гостей.

Лицо Риардана моментально искажается от ярости и ужаса.

— Ты?! — рычит он, и его голос — это рев дракона.

Он вскидывает руку, которая вспыхивает ревущим пламенем. А потом, Риардан бросается на меня.

— А-а-а-а!

Я просыпаюсь от собственного крика.

Резко сажусь на кровати, отчаянно отбиваясь от невидимого врага, запутываясь в простынях.

Сердце настолько бешено колотится, что я задыхаюсь, не в силах сделать вдох.

Удивленная тем, что я вижу перед собой только простыни и одеяло, я медленно поднимаю взгляд и понимаю, что нахожусь в своей комнате. Той самой, которую мне выделил граф.

За окном — яркий, безоблачный день. В цитадели кипит жизнь, до меня доносятся приглушенные звуки: звон молота, чьи-то голоса, смех.

Все спокойно.

Я опускаю голову на руки, пытаясь унять дрожь. Дыхание медленно выравнивается. Зарываюсь пальцами в волосы, и шепчу, пытаясь убедить саму себя:

— Сон… Это был просто кошмар… ведь правда?

— Боюсь, что нет.

Голос, раздавшийся из угла комнаты, заставляет меня замереть. Тихий. Глубокий. До ужаса знакомый.

— Это был не сон.

Я медленно, очень медленно поворачиваю голову. Сердце, до этого колотившееся от приснившегося мне кошмара, теперь замирает от шока.

В кресле у окна, в лучах утреннего солнца, сидит Риардан.

Моя первая реакция — это раздражение.

Что он здесь делает?! В моей комнате!

Ну ладно, не совсем в моей, но… какая разница! Это мое личное пространство, тот крошечный островок безопасности, который я с таким трудом отвоевала в словесной схватке с графом Версеном. И он вторгся сюда без спроса.

— Что вы здесь делаете? — спрашиваю я, и мой голос звучит хрипло и враждебно. Я инстинктивно натягиваю одеяло до самого подбородка, создавая хрупкий барьер между нами.

— Вообще-то я принес тебя сюда, — мрачно отвечает он, и от его слов у меня внутри все холодеет.

Принес? Да… точно… меня кто-то не… очень осторожно… Неужели это был он?

Его слова, его голос, его присутствие — все это становится ключом, который отпирает запертую дверь в моей памяти.

Кошмарные, рваные образы из подвала снова вспыхивают перед глазами. Черное пламя. Его лицо, искаженное яростью, покрывающееся чешуей. Его рука на моей шее. И та чудовищная, всепоглощающая ненависть, что исходила от меня.