Книга Опасный ритуал или (не) случайный призыв демона, страница 25 – Демьяна Нур

Это не было побегом.

Это было тактическим передислоцированием.

Он продолжал стоять там, в дверях, просто теперь не смотрел прямо на меня. Но его присутствие было таким же физическим, таким же нарушающим. Я чувствовала его как холодный магнит в пространстве комнаты.

Я быстро, с дрожащими руками, вымылась, выключила воду и схватила полотенце. Обернулась им как щитом, вышла из душа и, не смотря на него, прошла к полке с одеждой.

— Ты закончила? — спросил он, когда я уже одевала штаны.

— Да, — ответила я, голос был жестким, как сталь. — И если ты ещё раз войдёшь без моего разрешения, я найду способ сделать так, что даже твоему исследованию будет мало.

Я не знала, что это значит.

Но сказала это.

С чувством. С яростью.

Он посмотрел на меня.

На этот раз его взгляд был направлен прямо на моё лицо. И в нем было что-то новое. Не анализ. Что-то похожее на… оценку.

— Ты проявляешь сопротивление, — сказал он. — Это интересно. Ранее ты демонстрировала только страх и покорность. Сейчас же, начинаешь адаптироваться. Проявлять защитные реакции.

— Это не сопротивление, — я прошептала, поднимая голову и встречая его взгляд своими новыми, слишком четкими, яркими глазами. — Это я. Яна. Человек. А ты нарушитель. И если ты не понимаешь границ, я научу тебя. Жестко.

Он молчал несколько секунд. Затем медленно, почти как акт уважения, опустил глаза.

— Я отметил, — сказал он. — Приватность как культурный конструкт. Он влияет на эффективность системы через эмоциональные реакции. Я учитываю.

Он вышел из ванной, оставив меня стоять там, с полотенцем в руках, с сердцем, которое билось как молот, и с новым, острым пониманием.

Он не угроза.

Он ученый.

И я чувствовала себя его лабораторным образцом. И мои границы, мои чувства, моё смущение, все это было просто данными для его исследования. Просто данными...

Если я его образец, значит, мои реакции влияют на его поведение.

Если я показываю сопротивление, он "отмечает".

Если я устанавливаю правила, он "учитывает".

Я вышла из ванной, прошла в комнату и закрыла дверь. Не для того чтобы спрятаться. Для того чтобы обозначить территорию. Границу.

Затем я села перед ноутбуком и открыла свои поиски.

Мои новые глаза видели всё четко. Видели его, видели себя, видели эту странную, невозможную связь между нами.

Иначе никак не объяснить эти странные мурашки, которые бегают табунами, когда он находится очень близко.

На следующий день.

Без предупреждения. Без объяснений.

Он просто встал передо мной, когда я в полусне тянулась к кофеварке, и сказал: — Начинаем коррекцию.

Я чуть не опрокинула чашку.

Сон как рукой сняло, сменившись жаркой волной в животе. — Какую ещё коррекцию? — я прошипела, обнимая себя за плечи. — Ты уже исправил мои глаза. Хватит.

— Коррекция зрения была устранением очевидного дефекта, — отчеканил он, его взгляд ползал по моему лицу, будто сканируя карту местности. — Сейчас требуется работа с базой. Стой здесь.

Он указал на место посреди комнаты, на пустой участок ковра между разбросанными носками и лежащей на боку пиццечной коробкой, которую я не успела выбросить прошлой ночью.

— А я тебя не спрашивала, что мне требуется, — огрызнулась я, но ноги уже сами понесли меня в указанную точку.

Страх? Привычка?

Или эта новая, чёртова ясность, которая говорила: Он прав. Ты, развалина.