Книга Опасный ритуал или (не) случайный призыв демона, страница 81 – Демьяна Нур

И где-то там был ОН. Я чувствовала кровное родство.

Мой отец. Король Кса’артуг.

— Ну здравствуй, папочка, — прошептала я, чувствуя, как губы расползаются в улыбку. — Я иду.

Внутри меня вибрировала сила. Она плескалась через край, разрывая кожу изнутри. Пальцы светились. Глаза горели.

В груди, по ощущениям билось два сердца. Мое злое, голодное. И её, Янино.

— Прости, мелкая, — буркнула я, обращаясь к ней. — Но сейчас я буду очень нехорошей девочкой.

Она всхлипнула где-то внутри. Не в силах сопротивляться и сорить.

Я вышла в центральный зал.

И увидела это.

Арсанейр стоял на коленях. Весь в черной крови.

Над ним возвышался Кса’артуг. А вокруг их армия. Сотни. Тысячи.

Папаша обернулся.

— А вот и ты.

Я улыбнулась. Широко. Безумно.

— Ну что, — сказала я, обводя взглядом всю эту армию. — Соскучились?

А потом посмотрела на Арсанейра.

— О, тебя то я и искала

— Схватить её!– это был не приказ. Это был вопль. Вопль хищника, который понял, что его добыча это динамит с уже горящим фитилём.

Их демоническое войско двинулось. Целая толпа мясца, одетого в доспехи, с горящими от жадности и страха глазами. Идиоты. Неужели не поняли?

Я набрала полную грудь воздуха. Но не просто воздуха – воздуха, пропитанного их страхом, их яростью, энергетическим потом этой бойни. И закричала.

Это был не звук. Это был принцип. Принцип уничтожения, выраженный в чистой акустической форме. Он вырвался из меня не волной, а сферой. Идеальной, безжалостной, радиусом в три метра.

Всё, что оказалось внутри, перестало существовать. Не умерло. Испарилось. Доспехи, плоть, кости, души – всё обратилось в клубящийся туман чистой, неструктурированной энергии. И этот туман… он был мой. Он врывался в меня через поры, через дыхание, через трещины в реальности вокруг меня. Это было… даже не кайф. Это была истина. Истина моего существования. Я ,воронка. Я, конец. Я, пожиратель всего.

Сила, перетекавшая ко мне, была густой и тёплой, как самая лучшая кровь. Я ощутила, как трескаются и тут же срастаются кости внутри меня, становясь крепче. Как зрение заливает новый спектр. Я видела не просто тела, а потоки их энергии, их слабые места, их страх, струящийся из них, как дым.

— ОТСТАВИТЬ! ОТСТУПИТЬ! НАЗАД! – рявкнул Кса’артуг, и в его голосе впервые зазвенела не злоба, а паника. Голая, животная паника крысы, которая увидела огонь.

И они послушно отхлынули. Жалкие. Трусливые. Минуту назад- непобедимая армада. Сейчас стадо, забившееся в угол.

А я… я двинулась не на них. Я двинулась на него.

На Арсанейра.

Он лежал на коленях, почти не двигаясь. Чёрная, как смоль, энергетическая кровь сочилась из десятка ран, стекала по камням, и каждый потерянный миллилитр был для меня пряным, дразнящим ароматом. Вкуснейшая вещь на всём этом поле боя.

— Я убью тебя сама, – прошептала я, но шёпот разнёсся по залу гулким эхом. – За всё. За клетку. За кляп во рту. За то, что смотрел на меня как на инструмент.

Каждый шаг отдавался в висках тяжёлым, радостным стуком. Триумф. Абсолютный, окончательный триумф. Я приблизилась. Сила мысли, сейчас это было проще, чем моргнуть. Я притянула с пола длинный, заострённый осколок его же доспеха. Он светился тусклым, угасающим чёрным светом. И завис в воздухе, остриём к его горлу.

В его глазах я искала страх. Раскаяние. Мольбу. Я видела только усталость. Глубокую, вселенскую усталость. И ту самую, чёртову немую усмешку. Молодец , – говорили его глаза. – Всё правильно делаешь. Действуй.