Книга Призванная на замену или "Многорукая" попаданка, страница 35 – Анна Кривенко

Вот бы этот день прошёл спокойно. Вот бы мне дали хоть немного времени, чтобы собрать всё, что у меня ещё осталось.

Пусть я ещё не знаю, как всё исправить, но, по крайней мере, я иду. Шаг за шагом. А значит — не сдаюсь.

* * *

Когда переступила порог поместья соседа, сердце забилось быстрее. Каменные стены, аккуратно выложенные дорожки, чистые окна с кружевными занавесками — всё здесь кричало о порядке и достатке. Меня встретила молодая женщина — лет двадцати пяти, не больше. Красивая, высокая, с толстой русой косой, перекинутой через плечо. Черты лица — резкие, чёткие, будто выточенные, а во взгляде… во взгляде плескалось ледяное презрение. Она смерила меня с ног до головы таким взглядом, каким смотрят на грязь под башмаками.

— Ну надо же, — усмехнулась она криво. — Даже пришла! Не могу поверить!

Я прищурилась. Значит, с Пелагеей они знакомы. Очень знакомы.

— Хозяина нет, — добавила она, хмуро. — Он уехал в город и вернётся только вечером. Но он поручил мне отвести своб должницу… туда. Туда, где она будете отрабатывать свои грехи! — Последние слова она произнесла с таким сладким ядом, что меня передёрнуло.

Я напряглась. Эта девица явно не горит желанием быть приветливой. Но выбора у меня нет. Если не вытерплю — сосед точно откажется от милости, и тогда нам конец. А вот если постараться… вдруг Андрей Власович позволит поработать всего несколько дней вместо двух недель?

Эта мысль мне понравилась, поэтому я покорно кивнула.

— Веди.

Она резко развернулась резко и зашагала по коридору. Шла быстро, каблуки цокали. Я старалась не отставать, чувствуя, как с каждой ступенью внутри расползается нехорошее предчувствие.

Наконец, мы спустились в какой-то боковой флигель. Запахло затхлостью и сыростью. Она открыла дверь, и я чуть не попятилась. Передо мной была тёмная, низкая каморка, и в углу… в углу громоздилась целая гора испачканных, затвердевших, смердящих кухонных тряпок, половиков и мешков. Рядом стояло ведро воды, чёрной, как ночь. И таз. Один. Маленький. А ещё кусок старого мыла.

— Вот, — с торжеством сказала она. — Это всё нужно выстирать. Достойная работёнка… как для аристократки!

Служанка рассмеялась, а я сжала зубы.

Я застыла.

— Ты серьёзно? — прошептала, сперва не поверив.

— А как же, — кивнула она с ядовитой радостью. — Посмотрим, насколько далеко ты зайдёшь. Мне вот очень интересно… — она облокотилась о косяк двери и скрестила руки на груди, готовая наблюдать шоу.

В голове звенело. Смрад, сырость, мерзкое ощущение безысходности. Но я выдохнула. Ячеловек. А человек может всё. Надо просто отключиться. Отключиться от брезгливости, от обиды, от этого подлого взгляда.

Я засучила рукава. Взяла первую тряпку и опустила ее в ведро. Вода ледяная, руки сразу свело. Но я решила работать и не смотреть в её сторону. Это временно. Это испытание. И я его пройду.

К тому времени, как закончила, я была вся мокрая, в пятнах, с липкими волосами, которые выбились из косы. Но гора исчезла. Всё висело на верёвках во дворе, более-менее чистое. И я, тяжело дыша, выпрямилась, закончив развешивать.

— Боже! — захлопала в ладоши служанка. — Какое это было зрелище! Сама Пелагея стирает грязную ветошь!!! Да я думала, ты забьёшься в угол. А ты… ха! Не могу поверить!

Я медленно повернулась к ней. С прищуром. Было очевидно, что надо мной сейчас открыто издеваются. Решила ответить: