Книга Призванная на замену или "Многорукая" попаданка, страница 54 – Анна Кривенко

— Послушай, — произнесла мягко, — я постараюсь справиться быстро и буду предельно осторожной. Возможно, мне удастся получить средства для того, чтобы мы больше не терпели нужды.

…Так как транспорта у меня не было, я вышла из дома на следующий день ещё в обед. Пока добралась в город и пока разыскала нужный адрес, уже начало смеркаться.

Здание, числившееся по нужному адресу, оказалось очень внушительным. Четыре этажа, на каждом этаже не меньше десяти окон. В половине из них уже зажигался свет. Вывеска мне не понравилась сразу — она звучала как-то фривольно: «Сладкий букет».

Очень подозрительно.

Но… я решила, что мне не стоит осторожничать при таких обстоятельствах. В этом мире нужно идти напролом — только так можно выжить. Стиснула зубы и, глубоко вдохнув, переступила через порог.

Кто же знал, что это окажется публичный дом…

Дмитрий оказался мужчиной лет тридцати пяти, высоким, широкоплечим, с короткими каштановыми волосами и озорным взглядом. Правда, изгиб его узких губ выглядел подозрительно циничным. Я и без того понимала, что с ним надо держать ухо востро.

Мужчина встретил меня буквально на пороге здания, тут же раскинул руки в стороны и радостно воскликнул:

— Пелагея! Ты сегодня удивительно пунктуальна. Пойдём, я приготовил нашу обычную комнату.

Я нахмурилась. Значит, бывшая хозяйка тела здесь останавливалась уже не раз? Может, это какая-то гостиница? Наверное, мои первые впечатления были неверными.

Мы вошли в огромный холл с окнами в пол и разноцветными портьерами. Интерьер был броским, каким-то кричащим. Какой всё-таки странный вкус у владельца этого здания! Свернули в широкий коридор, нашли одну из дверей и вошли в просторную светлую комнату, напоминающую слишком ярко обставленную гостиную.

Когда я уже уселась на диванчик и огляделась по сторонам более внимательно, мой взор оказался прикован к огромной картине в деревянной резной раме. На этой картине была изображена обнажённая женщина, лежащая в ворохе одеял. Вот это да! Написано, конечно, искусно, но уж явно не для того, чтобы здесь бывали дети.

Наконец, я заставила себя посмотреть в лицо Дмитрия, который уселся напротив и разглядывал меня с полуулыбкой.

— Для чего вы хотели меня видеть?

— Дорогая, ты сразу о делах? А давай немного расслабимся. Сейчас принесут сладостей и твоего любимого ахиллесского.

Через мгновение в дверь постучали, и вошла служанка, несущая на огромном подносе какие-то замысловатые пирожные, чашки с чаем и стаканы. Посредине стояла бутылка с вполне определённым содержимым. Значит, Пелагея любила выпить в компании этого человека. Кто он ей?

Когда служанка опустила поднос на стол, я обратила внимание на длину её юбки. Она была весьма неприличной для нынешнего общества — выше колена. Стройные ножки были идеальны. Девушка слишком уж бесстыдно подмигнула Дмитрию, после чего развернулась и, покачивая бёдрами, ушла.

Подобное поведение, картина на стене, кричащий интерьер — всё это настойчиво навевало мысль, что это явно не просто гостиница. А если и гостиница, то с весьма специфическими услугами.

— Что мы здесь делаем? Я всё-таки предпочту сразу по делу, — произнесла напряжённо, снова посмотрев на своего нового знакомого.

Чтобы не вызывать подозрений, взяла с тарелки пирожное и надкусила. Оно было каким-то безвкусным. А может, я была слишком напряжена.