Книга СлуЧайный форс-мажор, или Дракон в комплектацию не входит, страница 47 – Селина Катрин

Глаза ужасно жгло.

Я моргнула. Затем ещё раз. Увы, не помогло. Слёзы хлынули сами собой, как вода сквозь трещину в камне. Вот и мастер Тихой Воды, Кири. Её в избытке, да вся течёт из глаз. Рёллан мне нравился. Всё это время очень сильно нравился, и я отчётливо это понимала, хотя и не хотела себе признаваться. И почему-то мне казалось, что моя симпатия взаимна.

Ну и как ты вообще додумалась, Кири? Как ты позволила себе думать, что такой мужчина, пусть даже и драконий помощник, может посмотреть на тебя с особенными чувствами? Серьёзно?

Я вспомнила, как он сказал: «Вы и так очень красивая, мастер Кири», – и почувствовала, что щёки заливает жаром даже сейчас, в прохладном гроте.

Разумеется, он просто поднимал тебе дух. Ему нужна была надёжная северная стена до месяца дождевых нитей и решение, чтобы сохранить башню в периоды смеха богов. Вот он и говорил из вежливости слова восхищения, чтобы деревенская дурочка с рогами не раскисла раньше времени и доделала работу.

Сяолянь – красавица. Я видела её издалека, и этого оказалось достаточно. Фарфоровая кожа, безупречная причёска, кимоно, стоящее больше, чем всё, что у меня когда-либо было. Даже в облике светло-жёлтой драконицы она была прекрасна. Кто я такая по сравнению с ней? Деревенщина из Кленовой Долины без суффикса «сан», без закрытых проектов и без манер придворной леди. С рогами, цепляющимися за подушку по ночам. С чешуёй на ногах цвета болотной тины. С невзрачными волосами и ужасным носом.

Я раньше занималась самообманом и рассчитывала заработать достаточно денег и всё исправить, но и здесь Рёллан вернул меня на бренную землю, сказав то, что я и так подсознательно чувствовала: убрать последствия чайного форс-мажора можно только через ритуал Слияния Жизни. Никакая, даже очень сильная ведьма не поможет с моей бедой. А значит, я останусь уродиной до самой смерти.

Слёзы хлынули сильнее. Я даже не пыталась их остановить.

Кому нужна такая жена?

Вот честно – кому? С рогами, с чешуёй, с болотными ногами и деревенскими манерами? Это же навсегда!

Я так горько плакала и жалела себя, что не сразу поняла: подпрыгивающие мелкие камушки на песке – это не следствие моего слёзоразлива, это дыхание богов! Оно самое! Я задрала голову: потолок грота подозрительно подрагивал, осыпалась мелкая крошка… Мох мне в сандалии и улитки на рога, да если я здесь останусь, то меня насмерть завалит камнями!

Слёзы мгновенно высохли, я выскочила из грота и бросилась к Цуру-дзё.

Земля подрагивала под ногами – несильно, но ощутимо, как будто кто-то очень большой ворочался во сне где-то глубоко внизу. Я бежала. Логика подсказывала, что надо повернуть к центральному входу и оказаться внутри надёжных стен замка как можно скорей, но ноги почему-то понесли к мастерской. Видимо, за эти недели я провела в ней времени существенно больше, чем в своих покоях. Уже оказавшись у двери, я мысленно отругала себя.

Кири, ну зачем? Зря только время потратила! В мастерской не укрыться, она хоть и часть замка, но старая, тут вон стена недостроенная, верхние блоки туфа так и не успели закрепить как следует. При сильном толчке они запросто упадут. А ну быстро через центральный вход в свои покои!

Стоило так подумать, как краем глаза я заметила тень внутри мастерской. Да кто же там остался? Неужели не видят, что земля дрожит?! Я влетела в дверь.