Книга Грёзы третьей планеты, страница 124 – Коллектив авторов, Елена Третьякова, Ярослав Хотеев, и др.

Так. Значит, поезд добрался до станции, а людей удалось спасти. Почти всё понятно, хотя такого внимания к своей персоне я вовсе не хотел.

— А корпорациям чего надо?

— Ваш случай взбаламутил всех и вся. Вновь пошли споры об ограничениях гражданских моделей. Ваши системы, кстати, теперь исправны, не пытайтесь повторить свой фокус.

Последние слова я услышал уже сквозь дрему. Хотите поднять меня на знамя? Идите к чертям собачьим, лучше посплю.

— Аркадий Борисович? – говорить Леха начал ещё из коридора, открывая дверь в кабинет худрука.

— Я с Железякой закончил, Робокассира посмотреть?

Леха перевесился через косяк, но входить не стал.

— Аркадий Борисыч?..

Худрук, уронив голову на стол, плакал. Сквозь всхлипы слышалось роптание:

— Всё пропало… Все к черту!.. Маааааамочка родная, столько лет, столько лет!

— Так чего, Аркадий Борисыч? – перебил Леха. – Смотреть кассира или как?

— Да какая уже разница! – завопил худрук, поднимая голову. Глаза у него были красные, круглое лицо мокрое от слез.

— Всё кончено! Театру конец! На одном Вите все держалось, а теперь и его нет! Кто теперь будет завтра в спектакле играть?! Как кредиторам платить без спектаклей?! Как?!

— Так у вас в труппе тридцать человек. Ну, заболела ваша звезда, так замените, и делов-то, – Леха развёл руками.

— Заменить?! – заорал худрук, – заменить?! Ты понимаешь, о чем говоришь? Витя во всех спектаклях, потому что на него идут! На него одного! А на Васю Пупкина кто придёт?! Мы разорены!

Леха выпрямился в дверном проёме, потоптался неловко.

— Можете меня рассчитать тогда? А то я ещё за робо-буфетчика деньги не получил, плюс Железяка – убирает теперь на славу. Хотелось бы рассчитаться.

Аркадий Борисович примолк, слезы высохли, глаза округлились. Он замер на несколько секунд, затем вскочил, ринулся к сейфу, порывисто распахнул, достал купюры и швырнул в Леху.

— На, забирай! И можешь всем рассказать, что первым сплясал на костях нашего театра!

Леха пожал плечами, собрал деньги и вышел. Потом перевесился снова через косяк и сказал:

— Если хотите, так уж и быть, могу Железяке и буфетчику охранный софт поставить, чтобы присматривали за зданием, когда… Ну, в общем…

Аркадий Борисович махнул рукой:

— Ай!.. – протянул сокрушенно и рухнул в кресло.

Леха кивнул и удалился.

* * *

«Программное обеспечение успешно загружено», – улыбнулся андроид Железяка.

— Ну вот, дружок, ты и перепрофилирован! Славно, – Леха начал собирать инструменты.

Железяка нагнулся помочь.

В дальнем конце коридора послышались торопливые шаги. Леха присмотрелся: долговязую фигуру худрука разглядеть было несложно, но чтобы тот бежал?!

— Лешенька! – окликнул Аркадий Борисович. Опухшее от слез лицо худрука странно сияло.

«От стресса с катушек слетел», – успел подумать Леха и напрягся.

Худрук приблизился и снова ласково позвал:

— Лешенька, а ты не мог бы… В этого вот, – кивнул на Железяку, – Шекспира загрузить? И Станиславского! И Мейерхольда ещё!

— Зачем? – Леха на всякий случай отстранился и покрепче перехватил чемоданчик с инструментами.

— Зачем? – улыбаясь повторил худрук. – Я вот что подумал, Лешенька: если Железяка сыграет вместо Вити – это же будет фурор! Представляешь, первый андроид-уборщик-актер! Он же самообучаемый, так? Никто до нас настолько машины не переквалифицировал! А у тебя-то, Лешенька, и руки, и головушка – золотые!