Онлайн книга «Блюз поребриков по венам»
|
— Ужас какой. — Зато тебе идёт. — Сила «видящего»? — Выражение ужаса на лице и пятна краски, – показала на его кроссовки, испачканные белыми кляксами. Клим выругался. А я достала небольшой ритуальный нож, прокалила зажигалкой и надрезала безымянный палец левой руки. Поморщилась, кровь потекла сразу и быстро. Нужно было торопиться. Ковбой выругался повторно и схватил меня за ладонь. — Ты что творишь? Беспокойство его мне, безусловно, льстило. В полумраке канализации он как самый настоящий герой пытался меня спасти. Пока, правда, непонятно от чего. И это было бы даже романтично, если бы не моя брезгливость. Воняло очень. И я не смогла удержаться: — Ладно, уговорил, давай и тебе порежу! – и замахнулась на него ножом. Клим отпрянул, стукнулся затылком о трубу, выпирающую на стене, крякнул. Я не устояла на каблуках и завалилась на него. Вот так вместе, почти в обнимку мы и упали в желоб с говном. Крысы с диким писком разбежались, парочка протопталась маленькими, но от этого не менее обидными, лапками по моей спине. И напоследок бабкин кулон, как самый настоящий защитник от всяких вражин, выпал из моего декольте и долбанул Клима по лбу. Надеюсь, очень больно. Вот знала же, что у Клима нет чувства юмора. С Надюшкой мы бы посмеялись и подурачились, озаглавив наше приключение: «Добро пожаловать. Специально для вас – свежесмытые помои». А этот… – непробиваемый скептик. Хорошо, конечно, что уровень помоев в этот день в Санкт-Петербурге был невелик. Но Клим испачкал второй костюм за два дня. Вот уж не ожидала, что он у меня таким грязнулей окажется. Я, кстати, осталась чистой, так как лежала на ковбое сверху. Было твёрдо и неуютно, пресс у Клима казался каменным, непробиваемым. Будто по камням ползаешь, даже рёбра можно поцарапать, несмотря на прослойку мышц. И странным показалось, что мне ночь с ним понравилась и запомнилась. Но точно помню, тогда мне было очень хорошо, а сейчас воротило всю. Даже прикасаться к Иствуду было брезгливо. Хотелось бы кого-то нежного, мягкого, доброго. Сразу вспомнился Феофан. Вот уж кто обладал стопроцентной мягкостью. Надо бы ковбоя к Фео сводить, может, домовой научит его уму-разуму? Ага, и ещё носки стирать, и кашу варить, и фартук с рюшами носить! * * * Клим терпеливо дождался, пока я приду в себя, попросил слезть и спросил: — Чем это ты меня долбанула? — Кулон бабушкин. – я встала, отряхнула юбку и жакет. Каблук на правой туфле, к сожалению, оказался сломан. – Защищает от злых духов. Видишь, и тебя наказал, за то, что хватаешь людей без разрешения! Пару секунд выбирала «разуться» или «отломать каблуки». И решилась на второе. Босиком идти совсем не хотелось. — Дай-ка посмотреть! – широкая мужская ладонь черпанула перед моим лицом, схватила кулон. И я с удивлением поддалась вперёд под притяжением медной цепочки, на которой висело украшение. Клим поднёс мой кулон к глазам и, подсвечивая себе фонариком в левой руке, внимательно разглядывал. – Надо же, какой знакомый узор… — Где? – стараясь вырваться, я уперлась в локти ковбоя, но мужчина меня отпускать не собирался. Наоборот, он притиснулся ближе и показал мне кулак. Хороший такой мужской кулак. Таким можно лицо кому-нибудь разбить или рёбра сломать, если посильнее ударить. Почему Клим вздумал угрожать мне, я понятия не имела. Может, действительно краски надышался или головой ударился, когда падал? |