Онлайн книга «Шальная звезда Алёшки Розума»
|
-------------------- [102] Языческий славянский оберег, суливший дому достаток — самодельная кукла, внутри которой помещался мешочек с крупой. У рачительных хозяек в зажиточных семьях кукла эта была “упитанной”, а у бедняков временами “худеда”, поскольку в голодные времена из неё доставали крупу. Глава 12 в которой Алёшка общается с цыганами и не верит в предсказания Пока дошли до купальского луга, совсем стемнело. Небо обсыпало звёздами, яркими, будто на Рождество. В центре поляны высился огромный тёмный холм — Купалец, будущий главный костёр. Покуда он ждал своего часа, но кругом горело с полсотни костров поменьше, где которых водили хороводы и прыгали через огонь. Дворовые девушки, спутницы Алёшки, тут же потащили его в гущу танцующих вокруг одного из огнищ. Но людей кругом было так много, что вскоре Алёшка потерял из виду спутников. Выбравшись из хоровода, он остановился. Впрочем, хороводом, медленным и степенным танцем, где все плывут плавно и чинно, эти пляски назвать было никак нельзя. Люди прыгали, размахивали руками, взбрыкивали ногами, развевались распущенные волосы. И он вспомнил, как клеймил эти «бесовские игрища» отец Анастасий, как грозил всеми карами небесными и отлучением от Причастия, но ничего не помогало — народ всё равно каждый год праздновал Купалу. Алёшка отметил, что Купальские обряды у москалей не слишком разнились от тех, что были у него на родине. Пока, собственно, отличий он нашёл лишь два — на Черниговщине на колесе-солнцевороте, венчавшем Купалец, сверху клали «видьму» — лошадиный череп, который, когда костёр зажигался, нужно было сбить в огонь. Считалось, что тот, кому это удавалось, на весь год защищён от нечистой силы. А ещё под купальским деревом не было Лады — украшенной лентами и цветами соломенной куклы, изображавшей древнюю языческую богиню весны. С нею в руках полагалось прыгать через костёр тем, кто собирался вскорости пожениться, чтобы Лада благословила союз любовью и чадородием. Иногда вместо Лады мастерили куклу Ярилы, и все селяне приносили ему дары и угощения, которые потом сжигали в Купальце. Кто-то тронул Алёшку за плечо. Он обернулся. Рядом стояла Анна Маслова и приветливо улыбалась. В пышном венке из разных трав, в длинном сарафане и с распущенными по плечам волосами она напоминала сказочную наяду и показалась Алёшке очень красивой. — Я всё никак не могу улучить момент поблагодарить тебя как должно. Ты мне теперь всё одно, что брат. — По лицу её прошла лёгкая тень, но она тряхнула головой и добавила: — Нет! Ты для меня больше, чем брат. Мой родной брат предал меня, как и все остальные. Ты теперь единственный мой друг. — Ты слишком близко к сердцу приняла мою помощь. Она мне почти ничего не стоила, — мягко ответил Алёшка, смущённый её неожиданной горячностью. — Ты единственный, кто захотел мне помочь, — проговорила она, и глаза вдруг стали тёмными, точно два омута. Совсем как тогда — грозовой ночью. — Быть может, когда-нибудь мне тоже удастся сделать для тебя что-нибудь хорошее… — Будь счастлива. — Отчего-то её слова тронули Алёшку. — У меня тоже есть сёстры. Мне не впервой разрешать девичьи беды… Анна привстала на цыпочки и надела ему на голову здоровенный лохматый венок, пахнущий полынью и мятой. |