Книга Ancora, страница 59 – Наталья Малышева

— Со мной уже абсолютно все в порядке. И я планирую танцевать сегодня вечером до потери сил.

Микроавтобус отъехал от Палаццо Кариньяно и мы снова покатили по улочкам Турина. Я не успела ничего понять об этом старинном городе, глядя на него лишь из окна автомобиля. Турин ассоциировался у меня с двумя не самыми веселыми цветами — серым и коричневым, что создавало довольно мрачное общее впечатление.

— Как у вас настроение? — спросил Антонио, оборачиваясь к нашим задним рядам. — Есть предложение не заезжать в Турине в ресторан, а ехать сразу обратно в гостиницу.

— Я за, — ответила я. Есть мне не особенно хотелось. Я знала, что вечером нас ожидал шикарный ужин, поэтому можно было потерпеть до него.

— Я тоже, — кивнул Габриэль.

— Я как все, — развел руками Алессандро. — Но было бы неплохо хоть коробочку пиццы в дорогу взять.

— Хорошо, притормозим на выезде из города. Я видел там пиццерию.

Тони наклонился к водителю и попросил его сделать остановку возле пиццерии на окраине Турина. Когда мы подъехали к пиццерии, Габриэль отправился за пиццей вместе с Алессандро, чтоб немного поразмять ноги перед очередной поездкой. Мой спортивный мальчик совсем не любил подолгу сидеть на одном месте.

— Неужели можно так долго покупать пиццу? — недовольно спросила Даниэлла. Парни и в самом деле задерживались

— Не иначе селфи с фанатками, — предположила Джулия. — Габриэль же никому не может отказать.

Наконец, из-за угла вывернул абсолютно счастливый Алессандро с тремя большими картонными коробками. Габриэль тоже шел не с пустыми руками, я успела рассмотреть небольшой тканевый мешочек с какими-то рисунками. Снова скрипнула отъезжающая дверь, и микроавтобус наполнился ароматами свежей пиццы.

— Простите, что задержались. Этот охламон бегал по газонам в поисках прошлогодних каштанов, — заявил Алекс, указывая на Конте, пока последний устраивался на своем месте возле окошка.

— Зачем тебе прошлогодний каштан? — Удивилась Джулия.

— В Италии есть поверье, что если всегда носить с собой каштан, то ни одна болячка не прицепится, — ответил Конте, доставая из кармана брюк крупный орех каштана. — Наташ, это для тебя. Не болей больше.

Я взяла из рук Габриэля этот необычный подарок и почувствовала, как на глаза наворачиваются предательские слезинки, вызванные этой трогательной нежностью и заботой.

— Спасибо, — поблагодарила я с восхищением в голосе. Ни девчонки, ни Антонио с Алессандро не понимали, сколько скрытых смыслов было в этом казалось бы ничего не значащем подарке.

— И вот еще, — Габриэль протянул мне льняной мешочек, усыпанный сердечками и цветочками. — Нам попалась прекрасная кондитерская, где делают конфеты ручной работы. Возьми с собой в Россию. Покажешь маме вкус настоящей Италии.

Я удивленно взглянула на Конте. Маме? Он вдруг начал задумываться о моей маме? Уж не решил ли приехать познакомиться. Я невольно улыбнулась, представив, как мама отреагирует на такого кавалера.

— Спасибо большое! — еще раз поблагодарила я Габриэля и положила мешочек с конфетами на сидение рядом с собой, предварительно убрав в него каштан.

— Можно ехать, — крикнул Антонио водителю, и наш микроавтобус помчался в сторону Фениса. Алекс с блаженным видом принялся за дегустацию туринской пиццы и, сточив несколько громадных кусков, заявил, что эта пицца и рядом не лежала с той, что готовит его сестра Нина.